Он приехал на шикарной машине с личным водителем. Был одет в изысканный, хорошо сидящий костюм. Туфли из кожи начищены до блеска. Немолодой, но выглядел ухоженно. Держал спину ровно. Густые серебристые волосы лежали идеально. Возраст отразился в его внешности, придав лицу выразительные угловатые черты.

Меня впечатлили его манеры. Достоинство и уверенность в каждом движении. Люди его статуса обычно не имели дел с бедняками вроде меня.

Этого мужчину звали Дмитрий Анатольевич Тиль. Он привез меня в дорогой ресторан. Я не привык бывать в таких местах. На входе с моих плеч пытались снять пуховик, и было некомфортно от бегающих вокруг официантов. У меня совсем не было аппетита. Да и здешняя еда казалась явно не по карману.

– Я о вас много слышал, – сказал мужчина. – Говорят, вы предсказываете смерть. Это правда?

– Все так, – ответил я.

Дмитрий Анатольевич подался вперед и спросил тихо:

– Сколько мне осталось жить?

– Не знаю, – ответил я. – Рядом с вами нет смерти. Это можно определить только за сорок дней до кончины.

– Интересно, – мужчина не изменился в лице, он хорошо скрывал свои эмоции. – А если я буду заглядывать к вам регулярно? Видите ли, моя работа связана с большими деньгами. И много тех, кто может захотеть моей смерти.

– Приходите раз в неделю, – ответил я.

– Благодарен вам, – мужчина провез по столу конверт с вознаграждением.

Я взял его, не заглядывая внутрь, и ушел. Почти все деньги достались моему отцу. Для меня они никогда не имели большого значения.

Тиль приезжал ко мне каждую субботу в течение полугода. Мы успели стать приятелями и перейти на «ты». Несмотря на серьезную разницу в возрасте.

Настал тот день, когда он заглянул в гости, а вместе с ним пришла бледная стройная женщина. Ее глаза были закрыты, руки лежали крестом на груди.

– По взгляду вижу – что-то не так, – сказал Дмитрий.

– Ты прав, – ответил я.

Мужчина сделал шарф посвободнее. На его лбу выступили капельки пота:

– И что делать?

– Приводить дела в порядок, – посоветовал я. – Прощаться. Твоя смерть еще «молодая». Ей не больше двух дней. Значит, есть в запасе еще тридцать восемь.

Тиль смотрел назад, будто сам хотел увидеть ту, что стоит за его спиной, но видел только стену.

– Мало! Мне нельзя умирать. Скажи, как все изменить?

– Смириться. Она ждет, чтобы забрать твою душу, – я старался говорить спокойно, понимая, что эмоции только навредят.

Мужчина разволновался не на шутку. Все его манеры исчезли, руки затряслись, лицо покраснело:

– Нет. Мы с тобой что-нибудь придумаем. Пусть уходит! Да! Пусть уходит! Попроси ее уйти!

– Да как же это? – удивился я.

– Попроси! – с гневом настаивал Дмитрий Анатольевич. – Попытка не пытка.

Я был уверен, что из этого ничего не получится, но решил сделать это для человека, которого уважал. Еще никогда я не осмеливался разговаривать со смертью.

– Ты меня слышишь?

Бледная женщина сразу поняла, что обращаются к ней. Она подняла веки и вопросительно посмотрела на меня. Ее глаза были ярко-голубые и холодные. Казалось, что в них звенят льдинки.

Я трясся от страха, но кричал ей в лицо:

– Уходи! Убирайся! Исчезни с глаз моих! Уходи! Слышишь?

Женщина поджала губы, повернулась ко мне плечом и пошла…

Тиль прочитал глубокое удивление на моем лице:

– Получилось?

– Кажется, да, – я рухнул в кресло.

Это было поразительно. Стоило прогнать смерть, и она ушла. Просто ушла, просочившись сквозь закрытую дверь. Уму непостижимо!

Мужчина надеялся услышать ответ: означает ли это, что он не умрет? Я говорил, что никогда не видел ничего подобного, а потому не знаю.

Мы все еще регулярно встречались. Рядом с Дмитрием Анатольевичем никого не было. Близилась роковая дата. Я гадал: случится или нет?

И вот настал тот день, который Тиль не должен был пережить. Вечером на него напали прямо у его дома. Двое с ножами пытались его убить. Он получил удары в живот, в грудь и в спину. Убийцы были уверены, что у них все получилось.

Но Дмитрий не умер. Он попал в реанимацию в критическом состоянии. Потом две недели оставался в коме. Врачи говорили, что шансов мало. А я был уверен, что все обошлось. Рядом с ним уже не маячила смерть. Раны заживали. Мужчина вернулся в сознание и сразу попросил, чтобы меня привели к нему. Я пришел. Весь трепетал от волнения. Думал, что, наконец, узнал зачем мне этот дар!

– Я иногда сомневался: вдруг ты обманщик, – хрипел Дмитрий Анатольевич. – Теперь понял, что не врал… Мне сказали, что я не должен был выжить. Ты меня спас.