Он не стал настаивать и пошёл по узкому коридору, слегка подсвеченному парой тусклых лампочек. А я запер тщательно двери, проверил нашу сигнализацию, и попёр его багаж следом. Чемодан и сумка были тяжеленными, я даже удивился, как их допёр и без того не очень-то здоровый Губа, да ещё со сломанной рукой. Как видно — нужда действительно припёрла его. Что-то там случилось, раз он весь свой дом сюда решил перевезти.

Когда я, увешанный сумками, как бабка на Киевском вокзале, затащил себя в комнату, Губа сидел уже за столом и жадно пил минералку. Слон тоже сидел за столом, а Валерка даже не встал с диванчика, делал вид что ему всё до фени, хотя и поглядывал оттуда весьма заинтересованно.

— Ну что, рассказывай, что там и как. — вопросительно уставился на Губу Слон.

Он подвинул к Губе закуски, хотел налить коньяк, но тот замахал руками.

— Что, Зуб тебя никак и накормил, и напоил? — удивился такому его поведению Слон.

— И напоил, и накормил, так что из ушей торчит, — передёрнулся Губа. И знаешь где?

— В кафе «Прага», наверное? — усмехнулся я, вспомнив, как после первого нашего дела, когда мы нос боялись на улицу высунуть, он забил нам встречу именно там.

— Там, — удивился Губа. — А ты откуда знаешь?

— Он нас тоже туда как-то приглашал, — пояснил Слон. — Любит, сука, повыделываться.

— И как прошла встреча высоких сторон? О чём договорились? поинтересовался я.

— Он, волчара, с охраной пришёл, словно ему стрелку для разборки забили. Четверых быков с собой привёл. А может и ещё кто в зале был. Не знаю. Но публика там та ещё. Спрашивал, где вы. Как всё прошло. Зачем пацана взяли. Ну, я ему сказал всё так, как мы с тобой и договаривались.

Он стал угрожать, требовал, чтобы я сказал про вас. Я упёрся, он предложил деньги, если укажу. Я ни в какую, тогда он велел мне сидеть дома и как только дождусь звонка, тут же ему сообщить, а он мне заплатит. И даже холуя своего выделил, чтобы тот меня до самого дома проводил.

— Вот сука! — с чувством грохнул кулаком по столу Слон.

— А чего ты ожидал? Подставка же явная, — вмешался я. — Давай, Губа, дальше. Как ты от своего провожатого смылся?

— Я его в колодец коллектора сбросил.

— Ты?! — удивился Слон.

— А что мне оставалось? В салочки с ним играть? Они мне так на хвост сели, что дальше некуда. Не домой же его вести.

— Найдут они твой дом и так, если надо будет.

— Теперь пускай ищут дол посинения. Мне главное, чтобы на меня не повесили провожатого. Не в собственном же доме мне его было глушить. А там пока найдут, пока вытащат, никакие эксперты на меня не повесят.

— Это как сказать, — протянул с диванчика Валера.

— А так и сказать. Личность он наверняка известная в определённых кругах, так что менты особо и искать не будут того, кто общество на одного, по их мнению негодяя, облегчил, — возразил Слон.

Дальше Губа пересказал всё, о чём он побеседовал с Зубом. Дело пахло керосином. Добавлять он нам не собирается — это ясно. Заказчика мы не знаем. И в воздухе повисли вопросы. Их было много, и все казались неразрешимыми.

— Ну что, Валера, — обернулся Слон. — Всё слышал? Давай, вали сюда поближе. Советоваться будем.

— Да какой я советчик?

— Ладно, не прибедняйся — ты профессионал. Вас, небось, учили обстановку анализировать? И следственным азам наверняка обучен. Ты же офицер спецназа, сам признался.

— А я и не отказываюсь.

— Тогда садись к столу и кончай дуру гнать. Теперь ты с нами, да и куда тебе деваться? Мы тебя дальше ни во что втягивать не будем, нам теперь самим с бандитами разбираться.

— Куда уж дальше! — фыркнул он.

— Есть куда дальше, — уверил его Слон. — Всегда кажется, что дальше уже некуда, предел. А оказывается, что есть ещё и беспредел. Слыхал про такое?

— Я и не про такое слыхал. Даже видел.

— Чего тогда на диване пружины давишь? — рассердился Слон. — Марш к столу! Теперь я тут старший, и давай слушайся. Нам надо самим бабки сорвать и лечь на дно. С Зубом нам теперь не по пути. Если засветимся — нам хана. Это точно. И тебе, между прочим, тоже. Ты не надейся сухим из воды выйти. Не Зуб, так менты тебя сожрут. У тебя последняя возможность всё вернуть: квартиру, деньги, жизнь. Только за это платить надо. Понял?

— Понять я понял, только не до конца.

— А до конца не всё и сам Господь ведает. Давай, садись к нам… Соколик, вместе думать будем. Ну?!

И Слон нетерпеливо пристукнул по столу ладонью

— Не нукай, не запряг, — огрызнулся Валера, но встал всё же с диванчика и пошёл к столу.

— И потом, — добавил он, — Не называй меня Соколиком — я не птичка. И не мальчик.

— Я тебя называть буду так, как хочу. Не по имени отчеству мне тебя называть.

— Да хрен с тобой, называй как хочешь, — вдруг легко согласился Валера, садясь к столу.