Шрифт:
– А еще она про снежного человека спросила. Где обнаружена его стоянка, отчего он прячется и почему не вымер?
– А ты что сказал?
– Я только про стоянку сказал. Что стоянка снежного человека находится на автобусной остановке.
– Правильно, сынок. А прячется он от алиментов.
– А не вымер почему?
– А не вымер снежный человек потому, что живет со снежной бабой. Вот такая баба, сынок! Хоть и холодная, и все время с нее соскальзываешь, но всегда снеговухи нальет!
– А училка мне говорит: "Вот тебе последний вопрос: где находится Мордовия и как туда попасть?"
– А ты что сказал?
– Я сказал, Мордовия находится в районе Башкирии. А попасть в нее можно кулаком.
– Правильно, сынок. А потом - в Кривой Рог. Заферганить. Чтобы в Череповце потемнело. А там и до Могилева недалеко. Давай я дорогу ей нарисую: это - рельсы, это - шпалы. Как она по шпалам пойдет - враз в Могилеве окажется!
– Поздно, папка. Она мне уже отметку поставила. Хорошую. Пятерку.
– Нет, сынок, на пятерку хорошо не отметишь. Даже если училка ставит.
Больной
У меня нога заболела. Сосед мой - Иван Петрович - мне говорит:
– Значит, тебе к врачу надо. Иди, - говорит, - в такую-то полуклинику, в такой-то кабинет. Скажешь - от Ивана Петровича. Там такой отличный врач сидит - я у него всю жизнь лечусь!
Прихожу я ту полуклинику, захожу в тот кабинет. Смотрю - действительно, за столом врач сидит. Посмотрел под стол - а это не врач. А врачиха.
Я говорю:
– Вы принимаете?
Она говорит:
– Только после работы. А вы, видно, уже с утра приняли.
Я говорю:
– С чего это вы взяли?
Она говорит:
– А вы что-то плохо выглядите.
Я говорю:
– Да и вы, доктор, не бог весть, какая красавица!
Она говорит:
– Чем в детстве болели?
Я говорю:
– Свинкой.
Она говорит:
– А где лечились?
Я говорю:
– У ветеринара.
Она говорит:
– Ну, раздевайтесь. Я вас послушаю.
Я говорю:
– А зачем раздеваться? Я одетым говорить умею.
Она говорит:
– Раздевайтесь до пояса.
Ну, я разделся. Она говорит:
– Вы не с того конца разделись.
Я говорю:
– Так у меня ж нога болит. Ниже пояса.
Она говорит:
– Ну, закиньте ногу на ногу.
Я закинул. Она говорит:
– Да не на мою ногу!
Я поднатужился - закинул на свою. Она мне - как даст по ноге молотком! И после этого еще спрашивает:
– Так больно?
Я говорю:
– А как вы думаете? Если вас по больной ноге ударить!
Она говорит:
– Ну, давайте по здоровой ударю. Она у вас тоже больной станет.
Я увернулся - она мне по животу попала.
– Теперь, - говорю, - у меня живот болит.
Она говорит:
– Откройте рот.
Я открыл. Она мне в рот заглянула.
– Желудок, - говорит, - в порядке.
Я говорю:
– Может, вы не с той стороны смотрите?
Она говорит:
– И давно у вас болит живот?
Я говорю:
– Недавно.
Она говорит:
– На каком месяце?
Я говорю:
– На первом.
Она говорит:
– От кого?
Я говорю:
– От Ивана Петровича.
Она говорит:
– Приносите завтра анализы.
Я говорю:
– Свои?
Она говорит:
– Ну, конечно, не Ивана Петровича.
Я говорю:
– А чего тогда завтра? У меня анализы всегда при себе.
Она говорит:
– Вот вам направление в роддом.
Ладно, думаю. Пусть хоть - в морг! Лишь бы ногу вылечить.
– Доктор, - говорю, - а ходить-то буду?
Она говорит:
– Будете. Но под себя.
И пишет мне еще направление на рентген: "Прошу снять больному голову. Так как нашим аппаратом голову не пробить".
– Клизму, - говорит, - кто вам обычно ставит?
Я говорю:
– Начальник обычно.
Она говорит:
– Иван Петрович?
Я говорю:
– Нет. Ивану Петровичу я сам клизму поставлю. Когда выпишусь. Через девять месяцев.