– Повезло, ветер на нас задувает, – прошептал Тор.

Следом идёт десятник, не отстаёт. Всё время рядом старается держаться. Кивнул в ответ, говорить ничего не стал. Молчание – золото!

Так что на берег выбирались со всеми предосторожностями. Пришлось постараться, чтобы тихо пройти. Не плюхнуть лишний раз водой, не шумнуть камышом. Но справились, остановились на самой его кромке. Присели, замерли. И только тогда ушла вперёд разведка, скрылась в вечерних сумерках, словно никого и не было. И ни одна веточка в густом сосновом подлеске не шевельнулась, ни одна птаха в зелёных кронах не всполошилась.

Сидим, ждём. И недолго ждать пришлось, быстро обернулись разведчики. Присели на корточки, тут же на песке увиденное прутиком изобразили. И на словах пояснили:

– Прямо перед нами за деревьями невысокий холм. На нём тын из брёвен кольцом стоит, на самой вершинке. Вот так.

– Капище, – понимающе кивнул Тор.

– Слышал я про это заброшенное место, – тут же подтвердил Степан.

Мы только на него глянули, так он сразу же и пояснил:

– Дед мне рассказывал, когда живой был. Капище это давно разорили, он тогда ещё совсем мальцом беспортошным был. Идолов сожгли, жрецов кого прочь прогнали, а кого и до смерти побили. Обезлюдело место, народ перестал на остров ходить, так место потихоньку и заросло.

– Не сходится что-то, – возразил. – В город плыли – что кормщик рассказывал? До сих пор на островах капища действуют!

– Так не обязательно на этом, – тут же отозвался Степан. – Почитай что на каждом острове, окромя совсем уж невеликих, до сих пор что-то да осталось.

– Ладно, не о том говорим. Что ещё увидели? – поднял глаза на внимательно прислушивающегося к нашему разговору разведчика.

– Караульных нет. Всё оббежали, а ни одного татя не встретилось! И у баркаса никого! Так что можно спокойно к холму идти. За тыном, в капище этом, землянки выкопаны большие. Народу сколько живёт, сосчитать не удалось, темно уже стало. По центру костры горят, поэтому и разглядели кое-что. Пленников много, к столбам возле костра привязаны. Многие поранены, сомлели и висят в путах без сил.

– Этих, с баркаса, видел? – спросил Степан.

– Видел. Там же, на столбах. Но не все.

– Как разглядел, если темно? – это уже Тор не выдержал.

– Так через тын заглянули. Подобрались поближе к кострищу, где посветлее будет, да и глянули. Тын там невысокий уже, весь в землю ушёл, даже тянуться не пришлось.

– Сколько воинов?

– Насчитали чуть больше двух десятков, – повернулся ко мне лицом разведчик. – Но это только те, что на виду были. Сколько их в землянках, не знаю. А землянки точно жилые, из продухов дым густой идёт.

– Очаги горят, – кивнул Степан.

– Они, – тут же подтвердил разведчик. – Съестной дух как раз от продухов и идёт! Девок возле них ещё видели. Только не получилось сосчитать, сколько их всего.

– Что делать будем, боярин? – глянул на меня Степан. – Получается, их там больше, чем нас.

Вскинулся Тор, хотел что-то сказать, да осёкся. Спохватился! Слишком строго я на него глянул. Потому что нечего поперёк боярина слово молвить! Не по чину!

– Тын везде такой невысокий, что через него заглянуть можно? – уточнил у разведчика.

– Кое-где он совсем низкий! По грудь только там, откуда кострище лучше всего видно.

– Тогда действуем просто. Обходим капище со всех сторон и выбиваем разбойников из арбалетов. И смотрим, кто из землянок наружу полезет. Если кто за железо схватится, то бить сразу! Понятно? – оглядел десятников.

– А девок тоже бить? – прогудел Степан.

– Если кто из них железо в руки возьмёт, то бить сразу! Ещё вопросы есть?

Десятники мотнули головами.

– Тогда пошли. Тор влево, Степан вправо.

– А?.. – хотел спросить про третий десяток Тор, да я его опередил:

– А с третьим я сам пойду. Стрелять будем по…

Тут я задумался. Ночь же, темно. Какой сигнал подать?

– Я филином заухаю, как к тыну подойдём, – предложил Мокша.

– Слышали? – обвёл обоих десятников взглядом. – Тогда пошли!

То, что караульных нет, это хорошо, нам на руку играет. Но и расслабляться не нужно, мало ли приспичит кому из разбойников за тын выглянуть? А тут мы, все из себя красивые такие, идём в полный рост их жизни лишать!

Поэтому есть караул или нет его, а осторожность ещё никому не мешала! Подбирались к деревянной ограде из замшелых деревянных столбов скрытно, стараясь не шуметь и не высовываться на открытые места. Ветра хоть и нет – ну, почти нет, на деревьях листва еле слышно шелестит, разве это ветер? – но запах горелого мяса задолго до подхода к тыну почуяли! Жарят, тати, а мы до сей поры голодные бродим!

Так и подошли вплотную. Вблизи тын оказался ещё ниже, чем рассказывал разведчик. И довольно-таки трухлявый. Надавил пальцем, а под пушистым мхом прогнившая древесная труха оказалась! Палец чуть ли не по первую фалангу в мягкую древесину погрузился.