– Значит, пора заказывать два костюма, – вздыхает Мо и тянется за чашкой остывшего кофе. – За будущих женихов – Сайко и Эрика.

***

Джиджи на похоронах сестры одна, она сидит на земле у свежей могилы и никак не может смириться с мыслью, что Амины больше нет. Да, они в последние годы жили врозь, редко виделись, но Джиджи всегда знала, что, проехав пару километров, обнимет сестру, что уткнется в родное плечо и почувствует так ей не хватающее тепло. А теперь Амина лежит под землей, и Джиджи никогда больше не услышать ее размеренно бьющегося сердца под ухом и не вдохнуть мягкий запах ириса. Джиджи вздрагивает, почувствовав обвившие ее руки, но поняв, что это Аарон, сразу же расслабляется. Пару минут они сидят в тишине, которую нарушают только каркающие и перепрыгивающие с ветки на ветку вороны.

– Он убил ее, Аарон, я это точно знаю, – смотрит на парня Джиджи. – Он человек вашего картеля, ты ведь можешь что-то сделать?

– Ты пережила такое горе, ты в шоке, и я понимаю, что тебе тяжело, – поглаживает ее по спине Аарон. – Но и ты пойми, зачем Усоку убивать свою беременную девушку? Тебе тяжело смириться с мыслью, что твой родной человек пошел на такой шаг, что сам оборвал свою жизнь, но это самоубийство, Джиджи. Отдохни, возьми себе перерыв. Ты можешь пожить в моей квартире, ни о чем не думай, не переживай.

– Ты не хочешь меня слушать, – утирает лицо девушка. – Амина никогда бы не убила себя, более того, она бы не убила ребенка от человека, которого любила. Эта тварь ее убила, и клянусь, я узнаю правду, и тогда следующим вы будете хоронить его.

– Не сходи с ума, – хмурится парень и поднимается на ноги. – Усок не виноват, и даже если бы он был виноват, то картель бы решал, какое наказание он получит. А ты лучше оплакивай свою потерю и постарайся вернуться к нормальной жизни. Если ты полезешь на Усока, который, кстати, не просто человек картеля, а один из помощников моего брата, то даже я тебя не спасу. Более того, я не захочу тебя спасать, поэтому постарайся успокоиться и приходи в себя. Я всегда рядом, если тебе нужна будет любая помощь, то мои двери для тебя открыты, – он идет к припаркованному на обочине автомобилю, а Джиджи вновь остается наедине со своим горем.

Конец ознакомительного фрагмента.