Взрослые отводили взгляды, вздыхали горестно, а она упрямо сжимала губы, не желая терять надежды.

Столько всего ей пришлось вынести, чтобы не потерять не только надежду, но и свою мечту… Слезы матери, причитания бабушки: «Один безголовый пропал, теперь вторая туда же».

Положение спас давний друг отца, пилот дальней авиации. Выйдя на пенсию, он частенько бывал у них дома.

«Не мешайте ей, — сказал он однажды, застав очередной скандал. — Брат для нее был всем. Хочет — пусть идет по его стопам. Никто не знает своей судьбы. Можно попасть в неприятности, где угодно. Даже по дороге на работу в детский сад. Но одно я знаю точно — потерявшие мечту не живут счастливо».

И ей разрешили сдавать вступительные в академию.

Первая Космическая, элита элит, могла позволить себе жесткий отбор и огромный конкурс. Экзамен можно было сдать лишь раз. Никаких «на следующий год» и вторых шансов. Готов, значит, готов. Они действительно брали лучших и гордились этим.

Софи не сомневалась, что сдаст. Высшие балы за выпускные в школе. На симуляторе она летала круче любого в городе.

И что там она… Все вокруг были уверены — поступит. Как говорится, если не она, то кто?

Софи стиснула ладони, глаза обожгло сухими слезами. Тот день в памяти остался калейдоскопом из уверенности, надежд и полного краха. Она так и не поняла, почему сбилась на трассе. Преподаватели утешали: «Бывает. Переволновалась. Ничего страшного. С такими баллами ты можешь поступить, куда угодно».

Она не хотела, куда угодно. Она хотела только в Космическую. Ходить по тем же коридорам, по которым ходил брат. Смотреть на те же звезды. Сидеть за тем же столом в столовой. И никаких компромиссов. Никаких пассажирских неповоротливых лайнеров или неуклюжих грузовозов. Для нее не существовало иных кораблей, кроме истребителей.

«Упрямая», — разводили руками преподаватели.

«Дурная», — ругался отец.

«Бедная», — вздыхала бабушка.

«Ломаешь себе жизнь», — пророчила мама.

А Софи паковала вещи, чтобы отправиться в ПКА на инженерный факультет.

— Что заснула? Отбой скоро, — грубо одернул ее второкурсник.

Софи тихонько вздохнула. Моргнула, возвращая четкость этому миру.

Кто же знал, что удержаться от полетов, когда рядом они — дотронься рукой — будет так тяжело.

Попасть в ангар после занятий не составило труда. Сначала она ходила вокруг. Касалась рукой холода серебристого металла. Улыбалась гордым силуэтам, как старым знакомым. Потом стала забираться в кабины: посидеть, вдыхая ни с чем не сравнимый запах рабочей машины. Помечтать…

И все было хорошо, пока ее уединение не нарушили так грубо…

Софи отвернулась от обзорного окна, зашагала к себе. Курсант прав — скоро отбой. Лучше не рисковать — первокурсников, дабы сразу привить дисциплину, наказывают строже остальных. А она и так… по краю ходит.

Но кто же там был, в ангаре? Голос молодой. Явно кто-то из курсантов. Видимо, забыл что-то растяпа. А она чуть не попалась… Еще и этот ключ. Софи потянулась к карману на бедре. Сунула туда руку и застонала от досады. Прорез! А ведь комбезу от силы неделя. Гадство! И даже гадать не надо, кому она не угодила. Рыжий! Возненавидел ее с первого дня. Единственная девчонка в бригаде. Еще и заучка. Кто с такими баллами идет гайки крутить? Даже для ПКА — перебор. С ней точно каши не сваришь и соревнование не выиграешь. Будет их бригада вечно в отстающих.

Что рыжий ее невзлюбил, да гадости говорил часто — полбеды. А вот то, что пакости делать стал — хуже. Выживает ее подлюка. Хочет, чтобы сама ушла, да не мешала их мужской компании чувствовать себя свободно, а то даже ругнуться матом в ее присутствии нельзя.

И Софи поняла, что в шаге от ненависти ко всем рыжим на свете.

Она подняла ладонь, коснулась замка — дверь медленно поехала в сторону, открывая проход в каюту, которую она делила с двумя девчонками. Обе с медицинского — на их этаже только она носила оранжевый комбез техслужбы. Девчонки, конечно, были и на инженерном, на первом курсе аж целых семь, но к пятому, выпускному, останется в лучшем случае две.

Сложные работы, где требовалась физическая сила. Выходы в открытый космос. Смазка. Вонючие масла. Ну и перспективы… На пост старшего инженера станции все предпочитали нанимать мужчин.

— Что так поздно? — недовольно спросила Ира, демонстративно зевнув. — Опять ходила на пилотов глазеть?

Хохотушка Диана фыркнула, закатив глаза.

Ее поймали давно. На новостях, которые она жадно просматривала в попытке найти любые намеки о брате или об его отряде. На подписках в группы, где сплошь сидели пилоты: профессионалы и любители. На том, как стояла, смотря с тоской на идущих по коридору старшекурсников. В тот момент ей казалось — на брата смотрит, а еще на тех, с кем в будущем должна была служить. Теперь же они все стали для нее небожителями… Недостижимыми, как и ее мечта летать на истребителе. И каждый парень в синем комбинезоне напоминал о брате, а еще о ее провале…

— Дурная ты, Софи, — наставительно произнесла вечно правильная Ирина, — ты технарь. Для них — обслуживающий персонаж. И уж прости: ни рожи, ни кожи. Даже если кто-то и позарится, то поиграть и бросить. Ты лучше на своих взгляни. У вас там видные парни есть. Тот же рыжий.

— Бе-е-е, — Софи сделала вид, что ее сейчас стошнит.

Макс был хорош для всех, кроме нее: лидер бригады, отличный инженер-механик, заводила, весельчак. Ее он просто ненавидел. Она его тоже.

Софи вспомнила прорез на кармане, выпавший ключ.