Привет, Алиса.

Тишина. В ожидании ответа, я сложил руки на коленях и бездумно уставился на коптер. Похоже, он не собирался улетать, сверлил меня своими глазками-камерами. Я вынул пистолет, навёл на него и проговорил отчётливо:

— Не шучу!

Коптер качнулся, словно раздумывая над моим обещанием, и ушёл в резкое пике. Так-то лучше.

Прилетело сообщение от Алисы:

Привет. Извини, тут разнарядка пришла. Изучали. Как ты?

Ну наконец-то.

Потеряли Юшку. Под утро припёрся подражатель, мы и не ждали, а она по нужде пошла. Теперь нас четверо.

Странно, подражатели выше второго-третьего этажа подниматься не любят, предпочитают укромные места.

Вот и я про то же. И ещё коптер непонятный. Снимал всё это дело. Ты не отправляла?

Для чего? Съёмка начнётся в девять.

Тогда подумай на досуге, кто это мог быть. И отцу скажи, пусть тоже подумает. Такое впечатление, что нас пасёт кто-то, и этот кто-то нам однозначно не друг.

Поняла тебя. Теперь сосредоточься на текущих событиях. Принято решение объединить две группы зайцев: вашу и следовавшую по третьему маршруту. Собственно, их уже объединили. Всего восемнадцать человек. Готовься к неравному бою.

Неплохо. Мне подкрепления будут?

Нет. Но я приготовила маленький гостинец. Помнишь киоск, за которым ты прятался?

Ну?

Поройся в обломках.

Так и сделаю. Ещё новости есть? Желательно хорошие.

Новостей нет, только пожелание: выживи. У меня на тебя планы.

Буду стараться.

У неё на меня планы. Вот как. Даже не знаю радоваться или бояться. Как девушка она мне очень нравится, но как дочь Мёрзлого… Ну её к деду Морозу.

Я вернулся в квартиру. Мои уже доедали сухпай, мне оставили несколько галет и пол баночки паштета.

Но, прежде чем приступить к завтраку, я подобрал автомат Юшки. АКС-74У. Укороченный ствол, складной приклад. На ближних и средних дистанциях машинка хорошая, патрон только слабоват. Слишком лёгкий. Зато с собой можно взять больше. Я набил магазины, рассовал по карманам, и лишь после этого взял галету.

— Вода заканчивается, начальник, — дожёвывая галету, сказал Внук.

— Ближайшие источники в Депо и на Резервной электростанции, — просветил его я. — Но туда нам ход заказан. Придётся терпеть до Восточного въезда. Там напьёмся.

— Ага, если доживём, — кивнул Звездун.

— Что по обстановке? — спросил Гоголь. — Есть новости?

Я кивнул:

— Новости есть, но, боюсь, они никого не обрадуют. Сценаристы объединили две группы зайцев. Наши вчерашние потуги пошли насмарку. Против нас выйдет восемнадцать голов. Шансов выполнить задачу и при этом выжить… — я многозначительно вздохнул. — Сами понимаете, шансов очень мало. Вчера зайки ушами хлопали, сегодня к каждому кусту будут принюхиваться.

— Твою ж… — выругался Внук. — Кто тут из нас на кого охотиться?

— Валить надо, — скрипнул зубами Звездун.

— Валить, в смысле «убивать зайцев» или в смысле «бежать нахер отсюда подальше»?

— Ноги делать! — Звездун взвизгнул по поросячьи. — Половина групп свалила. А мы чё тут забыли?

— Куда валить? — пожал плечами Внук.

— Да куда угодно! В Квартирник. Если с Гвоздём договориться, можно пересидеть шухер, а потом… потом… У него серьёзные тёрки за Северную дорогу. Он весь шлак собирает для разборок, сгодимся и мы. Или в Прихожую, рейдеры им всегда нужны. Да хоть в конгломерацию!

— Ты ещё к миссионерам посоветуй, — хмыкнул Гоголь.

— В дикие старатели можно, — на полном серьёзе поддержал квартиранта Внук. — Сколько их по Территориям шатается? Без куска хлеба не останемся. Оружие есть, БК тоже. Выживем.

— Не вариант, — отрицательно покачал головой Гоголь. — Проще пострелять для острастки, показать деятельность, а потом держаться на расстоянии. Пусть косоглазые мимо скачут. Потом скажем, дескать, силы не равные, удержать не смогли. Максимум, что за это будет — суточные не выплатят. Зато живы останемся.

Я доел последнюю галету.

— Все высказались? Теперь слушай меня. Каждый из вас заключил договор с Конторой на особое сотрудничество. Гоголь, что за его нарушение полагается?

— Яма. Если живым возьмут.

— Пусть сначала найдут, — потупив голову, буркнул Звездун.

— А чего тебя искать? — я накрыл рукоять ножа ладонью и шагнул к нему. Краем глаза заметил, как Гоголь направил тактический фонарь на меня.

— Чё ты сразу, Дон… — Звездун попятился, упёрся в стену и заскрёб по ней ногтями. — Дон, ты чё?! Я же как ты. С тобой до конца! Дон, только не…