Занятия с доктором Ларино мало-помалу перешли в новую фазу. Он уже не пытался заниматься с Маринкой «как полагалось». Ларино стал давать задания, не объясняя, как она должна их выполнить. Иногда она билась впустую несколько дней. Но подсказки от доктора получала всё реже и реже. Наконец результаты общих стараний начали проявляться. И тут, что называется, грянул гром.

Однажды утром, когда Маринка и Брай устроились в аэромобиле, водитель приготовился взлететь. Неожиданно для всех троих Маринка перегнулась через спинку переднего сиденья и нажала на кнопку аварийного сигнала. Брай среагировал мгновенно — распахнул дверцу и вывалился на траву. Маринка тоже успела выскочить, а вот несчастный пилот замешкался…

Ослепительная вспышка…

Ветер…

От машины не осталось даже пепла, только выжженное на траве пятно и несколько сплавленных в монолит деталей.

Когда подбежала служба охраны, Марину и Брая немедленно отправили в лабораторию под усиленной охраной. Техники остались выяснять, что же могло произойти с, казалось бы, безопасным средством передвижения.

Только в лаборатории они пришли в себя. Оказалось, у Брая обожжена сетчатка глаз — не вовремя оглянулся на Маринку. Та отделалась парой ссадин. Оба получили незначительное облучение. Собственно — ничего страшного.

Доктор быстро разобрался в ситуации. Лечение Брая не должно было занять много времени, но всех встревожил факт, что такое вообще смогло произойти в поместье, защищённом от посторонних посягательств. Снова вспомнили тень в коридоре. Джулиан подозревал, что те, кто поменял местами Марину и Мариан, позволили себе проникнуть в дом. А значит, они могут быть в курсе всего происходившего. В том числе в курсе её занятий.

Как только Брая поместили в палату под присмотр медперсонала и пары охранников, мальчик заснул. Джулиан потребовал, чтобы девушку немедленно отвезли домой. Дома внимательно выслушал отчёт о состоянии племянника. В поместье работала служба безопасности.

Оба некоторое время сидели в молчании.

Джулиан внимательно смотрел на «племянницу» ожидая, когда та решится заговорить. Он видел, как девушку терзают сомнения, догадывался об их природе. Это не Мариан, которая прекрасно знала свой долг и брала на себя ответственность за принятие решений. Марина отличалась нерешительностью. В такие моменты, приходилось ждать, пока девушка сама выскажет тревоги и предложения, как их преодолеть, иначе давлением можно довести её до паники, Ларино особо подчёркивал это.

Маринка глубоко вздохнула. Девушка не могла держать при себе сомнения, которые одолевали с момента покушения. Она мельком глянула на Джулиана и, помявшись, решилась:

— Джулиан, вам не приходило в голову, что в доме завелись люди, которые работают вовсе не на вашу семью? Мне кажется, их немало. Знать о том, когда, куда, на чём мы сегодня отправимся, могли немногие. Да и тот случай, помните, в коридоре. После того, как там установили слежение, так никто и не появился, тем не менее, ощущение наблюдения у меня сохранилось.

— Тогда почему же ты об этом молчала?! — подскочил Джулиан. — Мы давно бы приняли меры!

— Я не могу говорить обо всём, что чувствую. Я же не знаю, что важно, а что нет. Может, чувствую опасность, но явно это у меня не проявляется. Брай ни о чём таком не говорил, а он умеет больше меня. Сегодня я сама не знаю, почему так себя повела. Не могу выделить это ощущение тревоги, понимаете? — она обессилено опустилась в кресло. — Мне это, видимо, не дано.

Джулиан, заметив, что девушка едва не плачет, присел перед креслом и ласково провёл по её плечам.

— Не надо, девочка, не расстраивайся. Мы все слишком много от тебя хотим. Счастье, что ты реагируешь хотя бы так, как сегодня. Иначе мы не увидели бы больше ни тебя, ни Брая. Я так тебе благодарен, за то, что сегодня ты не стала раздумывать и сомневаться. Брай, в отличие от тебя и Мариан не очень хорошо умеет ощущать опасность, в этом его беда.

— Я просто не успела, — всхлипнула она. — Но что же теперь делать?

— Давай кое-что попробуем. Здесь есть комната, которая позволит смотреть на всех, кто бывает в доме. Сейчас всех начнут опрашивать. Тебя никто не увидит. Попробуй описать ощущения, которые у тебя вызывают люди. Ведь кто-то тебе нравится больше, кто-то меньше, так?

— Дело не в том, кто мне нравится больше, кто нет…

— Но это наш шанс. Никто из них не узнает, что ты сказала мне. Мы будем вдвоём. Давай попробуем? Никто не собирается обвинять людей бездоказательно. Каждого мы тщательно проверим, но ты значительно облегчишь работу, поверь.

— Что ж, пожалуй.

Следующие два дня прошли в непрерывном присутствии при опросе всех проживавших и регулярно появлявшихся в пределах поместья людей. Джулиан не говорил Маринке о результатах проверки. Он молчал, девушка не спрашивала. Боялась. Боялась, что её слова заставляют Джулиана и безопасников подозревать указанных ею людей. Среди них были, казалось, совсем безобидные.