Магбук заказали новый, потому что машинка Киры все еще пылилась у полицейских экспертов. Не знаю, что они там искали — приватные фотографии или подцензурную переписку. Скорее всего, просто забросили магбук на полку с вещдоками и забыли до суда.

Надо будет напомнить приставу Заужскому, чтобы вернул Кире ее имущество. Вот только кто бы не напомнил о том, что надо что-то напомнить приставу!

Может, демонов попросить?

Кстати, о демонах!

— Убийца! — строгим голосом позвал я. — Нам надо серьезно поговорить.

— Слушаю тебя, Ник! — немедленно отозвался демон Смерти.

В его свистящем голосе не было и намека на раскаяние.

— Что ты устроил сегодня ночью? Тебе знакомо такое понятие, как личная жизнь?

— Нет, — удивленно ответил Убийца. — А что это?

— Неважно. В общем, прекращай орать по ночам. Чего тебя корежит?

— Ник, я не виноват. Ночью кто-то ходил вокруг дома.

— В каком смысле? — нахмурился я. — Ванька с Аней гуляли, что ли?

— Нет, — ответил демон. — Вдоль защитного поля летали призраки. Я даже видел одного из них — такой широкоплечий и светящийся. Он попытался пройти, но поле его не пустило. Потом я замяукал, а он испугался и исчез.

— Вокруг дома летали призраки? — набросился я на демона. — И ты мне ничего не сказал?

— Но ты был очень занят. А их защитное поле не пропустило.

— Все равно надо проверить.

Я вскочил с кровати и торопливо натянул штаны. Спустился вниз и бегом пересек столовую.

— Никита! — окликнула меня Кира.

Она примостилась на углу стола с магбуком и какими-то бумагами. Я помахал ей на бегу:

— Привет, солнце! Срочное дело, скоро вернусь.

И выскочил во двор.

— Убийца, ты где?

— Тощий черный кот вынырнул из-за угла. Хотя, теперь он был не такой уж и тощий — кошачья морда прямо лоснилась и приобрела нахально-уверенное выражение.

— Ты где это подъедаешься? — удивился я.

— Где придется, — не смутился демон. — То воробья поймаю, то колбасу на кухне стащу.

— Ты же призрак, — напомнил я. — Зачем тебе еда?

— А я уже не совсем призрак, — признался Убийца. — Во всяком случае, голод чувствую еще как.

— Удивительно, — хмыкнул я. — Но с этим разберемся потом. Показывай, где ты видел ночных гостей?

— Вот здесь.

Убийца подвел меня к забору, который выходил на улочку с задней стороны дома. Здесь была крепко запертая небольшая калитка.

— Ясно.

Я покрутил головой по сторонам и даже выглянул через забор, но ничего подозрительного не обнаружил. Артефакты грозно гудели, и защитное поле работало — я ощутил знакомое покалывание, похожее на щекотку.

— Значит, со стороны ворот они не сунулись, решили зайти с тыла. Но и здесь не пробрались.

— Не пробрались, Ник, — заверил меня демон, тыкаясь наглой кошачьей мордой мне в ладонь. — Я их всю ночь отпугивал.

— Да, я слышал. Интересно, не ректор ли послал их по наши души?

— Так надо у него спросить, — предложил демон.

— Обязательно спросим, — заверил я.

— Ник, а можно мне молока? — спросил Убийца. — Пить хочется.

— Конечно, можно, — усмехнулся я. — Идем!

Я зашел на кухню, чтобы налить себе кофе, а коту — молока. И столкнулся с Ильей. Он торопливо допивал кофе, одной рукой застегивая рубашку.

— Спешишь на службу? — усмехнулся я.

— Приходится, — прорычал Илья. — Вчерашние студенты устроили переполох.

— Что случилось?

— Ты еще спрашиваешь! Надо было их вчера прямо там закопать. А сегодня они вместе с родителями подали жалобы на самоуправство Службы ликторов. До Императорской канцелярии дошли!

— Я надеюсь, там их развернули? Или его величество решил прислушаться к жалобным воплям подданных?

— Развернули, конечно. Отписали, что действия сотрудников Службы регламентируются внутренним уставом. А устав определяю я.

— Удобно, — рассмеялся я. — Так чем ты недоволен?

— Теперь они угрожают пойти в суд. Якобы, нарушены права аристократов.

— В суд — это хорошо, — задумчиво сказал я.

Мне в голову пришла интересная мысль.

— Да чего хорошего, Барон? — вскипел Илья. — Нам тут с призраками не разобраться, а я буду судиться с какими-то сопляками!

— Знаешь, что? Вызови их в свидетелями по делу Лабуаля. Мы ведь знаем, что ректор оказывал на них ментальное воздействие.

— Да они не смогут ничего доказать!