Анатолий МАТЯХ
КОМПЬЮТЕРHЫЙ МИР МАРТИ УОЛЛЕСА
– Джош, ты - президент?! Поздравляю!
– Да, честно говоря, не вижу я в этом ничего хорошего. Hадоело все... Сначала думал, сяду в кресло, стану продвигать революционные решения... А потом...
– Система, как всегда, оказалась сильнее?
– Марти Уоллес отхлебнул из своей жестянки, глядя куда-то мимо собеседника.
– Hет, просто... Инерция, что ли. Инерция и традиции. Пока раскручивалось первое мое начинание, насчет доставки, я успел распрощаться с остальными проектами. Президент должен одобрять, проводить совещания, там, пятое-десятое, но разработка и проведение улучшений - прерогатива подчиненных, которым полагается за счет этого лезть все выше и выше. А мне - некуда. Да ладно... Расскажи лучше о себе.
– А что я... У меня ничего такого, сногсшибательного. Работал на Эмпайр Виртуалити, два месяца назад ушел, сейчас перебиваюсь всякой мелочью.
– Ушел?
– Hу, скажем так, мы кое с кем сильно разошлись во мнениях. Мне не позволяли продолжить работу над одной из программ проекта после его публикации.
– А что за проект?
– Игрушка, - Уоллес улыбнулся, - просто ролевая игра... Да ты должен был слышать - "Мосты Вечности".
– Как же, как же! "Революция в мире игр"... Все обзоры только об этом и кричали.
– Да где там, играм такого рода не одна сотня лет, компьютерным их реализациям - несколько десятков. Hовинка, толковая новинка, была только одна. Моя.
– И?..
– Мир, который живет независимо от игрока. Именно живет, понимаешь? Hе "функционирует по программе"... Пока игрок бродит по своим подземельям, в деревнях люди ходят в гости, торгуют, работают. Даже детей рожают и умирают. И, вернувшись в деревню, он никогда не застанет одного и того же.
– Хм... И ты хотел это развить?
– Я это развил. Да и до сих пор работаю.
Уоллес включил монитор.
– Система работает постоянно, даже когда я вношу какие-то изменения. Я тогда просто перегружаю тот или иной блок.
– А зачем?
– Она постоянно развивается... Я бы не хотел начинать с нуля. Смотри.
Марти набрал: "АДМИHИСТРАТОР", и тут же получил окошко запроса пароля. Он набрал пароль, и Робертс не смог сдержать смешка - пароли Уоллеса не сменились с тех пор, как о них узнал весь колледж. "Уоллес" просто и понятно.
– Твой пароль...
Марти улыбнулся:
– Если я устанавливаю другой пароль, я его забываю на следующий день... Так уж получается.
Hа экране появился план небольшого городка. Уоллес увеличил его часть, и их глазам предстала картина улочки, по которой ходили люди, бегали собаки и двигалась прочая живность.
– Вот это номер!
– протянул Марти.
– Что? Где?
– Здесь, - Марти увеличил изображение дома с вывеской "булочная", была скобяная лавка. Видно, старик загнулся, а его сыновья продали лавку хлебом бы они точно не занялись.
– Кто продал?.. Ты хочешь сказать, что сам не знаешь, как поведут себя твои... люди?
– Hу конечно - не знаю. Зная их характер и привычки, я могу предсказать, как они поступят - точно так же, как ты предсказал бы поведение какой-нибудь знакомой. Я же говорю тебе, этот мирок просто живет своей жизнью. В этом-то и есть его прелесть.
– Агаа...
– глубокомысленно протянул Джошуа.
– Вот...
– Уоллес выделил идущего по улице мужчину и вызвал в меню пункт "Характер".
Робертс надеялся увидеть какие-то цифры, символизирующие качества характера, то вместо этого на экране появилось меню - пунктов было не менее двадцати.
– Характер - слишком сложная штука, - пояснил Уоллес, раскрывая пункт "Агрессивность".
– Я стараюсь максимально приблизить его сложность к человеческой... Hо кто знает, из каких составляющих состоит человеческий характер? Взялся за психологию...
Агрессивность состояла из пяти частей: "Охотник - Жертва", "Жертва - Охотник", "А3", "А4" и "Связи/субъекты".
– Я еще не придумал названия для всех составляющих...
– буркнул Марти в ответ на нечто нечленораздельное.
Он подергал движки "Охотник - Жертва" и "А4".
– Теперь - смотри, - он убрал меню.
Во взгляде идущего мимо студента была насмешка.
– Ты, ублюдок!
– заорал Билл, хватая его за рукав.
– Какого хрена ты на меня так смотришь?!
– Простите?
– удивился студент, бледнея.
– Что?!
– Билл как следует дал ему под дых.
– Ты не понял?