Происходящий ужас казался бесконечным. В какой-то момент сработал защитный рефлекс — в голове, подобно немому кино, начали прокручиваться события из жизни: она увидела свое счастливое детство, своих любящих родителей, внимательных учителей, свои награды, университет, первые тяжелые трудовые будни, сплоченную команду проекта «Сипро», яркую свадьбу и всегда веселого мужа. Она переживала за будущее Атмана, которого еще пять часов назад представляла на конференции, но больше всего она беспокоилась о своем маленьком сыне, который сейчас находится в больнице. Она так спешила к нему, не думая о собственном благополучии, а теперь она погибнет и оставит его сиротой в два года.

Автомобиль вылетел на обочину и опрокинулся на крышу. Движение на перекрестке остановилось. Свидетели запаниковали. Несколько мужчин поспешили на подмогу, но не успели вытащить девушку. Бензин воспламенился. В любой момент мог произойти взрыв. Полицейские, оказавшиеся поблизости, разогнали всех зевак и смельчаков.

Ранним утром 7-го мая 2038 года члены команды проекта «Сипро», срочно покинув банкет, собрались в лаборатории. Каждый сидел на своем рабочем месте: кто-то просто молчал, обдумывая страшное ночное происшествие, кто-то не смог сдерживать эмоций и рыдал. Они находились в ожидании последних новостей из больницы.

В 8:00 утра Оксана Мор официально была признана умершей. Через час двери УЛИИС должны распахнуться — и начнется новый рабочий день, но уже без нее.

Филатов поставил на рабочий стол Оксаны ее сумочку, которую она оставила лежать на полу в коридоре ресторана. Атман отреагировал, он поднялся с кушетки, на которой был подсоединен парой проводов к основному компьютеру. Он с легкостью их выдернул и под пристальными взглядами людей приблизился к программисту. Его малоподвижные руки прикоснулись к сумке своей создательницы.

— Смерть… Значит, она не вернется? — поинтересовался Сипро, испытывая странное чувство, которое он мысленно охарактеризовал как грусть.

— Очень жаль, — с трудом выдавил слова Филатов. К глазам подкатили слезы, которые он старательно сдерживал.

***

В день похорон дождь лил, как из ведра. Люди в траурных нарядах собрались на кладбище под черными зонтами. Они со скорбью в глазах наблюдали за тем, как закрытый гроб опускают в мокрую яму. Никто, кроме близких, не видел тело. Оно сильно обгорело. Родители Оксаны приняли решение не открывать крышку гроба, чтобы не шокировать окружающих.

Маленький сын Оксаны сидел на руках дедушки и разглядывал Атмана, стоящего на противоположной стороне могилы. Робота привели ученые по его желанию. Сипро попросился увидеть ритуал похорон собственными глазами.

Он замечал на себе любопытные взгляды не только детей, но и взрослых людей. Они шептались между собой и показывали на него пальцем. Об этом поведении людей предупреждала Оксана, поэтому Сипро спокойно воспринимал их интерес. Он готов пойти на контакт с каждым из присутствующих. Его задача — нести мир и создавать гармонию.

— Не беспокойтесь, Максим Олегович, я позабочусь о деле вашей дочери, — с добродушной улыбкой на лице заявил гендиректор УЛИИС.

— И как же? — в разговор вмешался вовремя подошедший Игорь Филатов. — Проект «Сипро» со вчерашнего дня перешел в распоряжение Управления по разработке космических программ, — эта новость прозвучала, как гром среди ясного неба, хотя он прогремел в реальности после того, как за спиной Санькова ярко сверкнула молния.

— О чем вы говорите? — не поверил своим ушам Александр.

— Это действительно так, Александр Петрович. Вчера я присутствовал на подписании последних документов и тоже поставил свою подпись. Проект «Сипро» теперь полностью принадлежит Космосу, — подтвердил сказанное Филатовым Максим.

Лицо Санькова осунулось, а под глазами появились черные тени. Он испытал настоящий шок. От него вмиг ушла слава; предстоит объясняться перед инвесторами, которым он уже пообещал предоставить часть прав на Атманы. Роботов должны были поставить на конвейер в целях удовлетворения нужд военных из двух крупных стран.

— Значит, она при жизни успела оформить завещание?! — фыркнул Саньков, пренебрегая манерами.

— На меня и Максима Олеговича, — ответил Филатов. — Еще два месяца назад она оформила основной договор с УРКП. В любом случае проект уже не принадлежал вам. Вы бы узнали об этом на утреннем совещании после дня банкета, если бы Оксана… — он замолчал, ощущая разъедающую пустоту в душе. — Если бы не несчастный случай с ней, — договорил Филатов и посмотрел на Максима.

Александр Саньков выругался вслух и, не попрощавшись, ушел прочь. К Максиму подошла его жена с внуком на руках.