Амели словно получила удар под дых. Тело пронзило тысячами мелких иголочек, ноги стали ватными, а губы будто онемели. Она стояла и хлопала глазами, не решаясь сказать ни слова.

– А что же вы замолчали, юное дарование? – ухмыльнулся мужчина. – Нечего сказать в защиту своего блестящего доклада? Или кто там вам его подготовил? – он перевёл саркастический взгляд на Кристиана.

– Месье Гроссо, – предупреждающе рыкнул тот, – кажется, такие намёки не слишком профессиональны. Амели проделала большую работу за эти несколько дней и…

– Амели? – месье Гроссо понимающе кивнул. – Что ж, Кристиан, я устал предупреждать, что твои увлечения компанию до добра не доведут, но тебе всегда кажется, что знаешь лучше.

Амели смотрела на молодого Тома? огромными глазами, а он, стиснув зубы, не сводил глаз с ухмыляющегося старика.

– Но, в целом, идея интересная, – заметил месье Дюпон, потирая переносицу. – С экономической точки зрения…

– Разве думая о том, каким должен быть, подчёркиваю, юбилейный аромат, мы рассматриваем не его абсолютную уникальность, а экономическую ценность? – перебил Гроссо.

– Ну тут уж не соглашусь, Жан, – вступил в спор ещё один член комиссии. – Абсолютную уникальность в наше время сложно найти, а вот уникальную идею и подачу куда проще. Сказка – то, что нужно людям в преддверии праздников. Любовь – слово, мимо которого не пройдёт ни одна женщина на свете. Приятный свежий аромат – универсальный продукт для всех в любое время года.

– Идея и впрямь неплохая, – промямлил месье Бертран. – Однако юбилейный аромат должен греметь, как отражение нашей философии, а не как сказка на Рождество, согласитесь.

– Вот и я о чём, – кивнул Жан Гроссо. – Кристиан, ваша пассия так и будет хлопать глазками? Больше ей сказать нечего?

– А что она должна вам сказать, Жан? Что можно сказать человеку, который видит всё только через призму своей испорченности?

– Прошу прощения?! – Гроссо зло сузил глаза.

– Господа! – громкий голос Гаспара Тома прервал нарастающий спор, и Амели непроизвольно вздрогнула. – Давайте не будем превращать совещание в балаган.

Подождав, пока в помещении воцарится абсолютная тишина, мужчина продолжил:

– Во-первых, благодарю мадемуазель Дюваль за довольно подробный срез, – он кивнул в сторону Амели. – Во-вторых, это не финальное решение. Мнение каждого члена комиссии будет учитываться при разработке юбилейной концепции. Такие жаркие споры стоит отложить до того момента, пока у нас на руках не окажутся все отобранные варианты ароматов.

– Я считаю, что мнение месье Гроссо пропитано личной неприязнью, – не сдержался Кристиан. – Учитывать его нецелесообразно.

– Личной неприязнью? – взвился Гроссо. – Не я ли предлагал ввести тебя в совет директоров, несмотря на зелёный возраст и скромные заслуги?! И это благодарность?!

– Вы просто хотели, чтобы ваша дочь была ближе к тёплому месту, Жан. Но не вышло, да?

– Кристиан, – Гаспар смерил сына осуждающим взглядом. – Что за детские выпады? Если идея мадемуазель Дюваль настолько хороша, то ей не составит труда стать первой среди поступающих предложений. Есть действительно интересные моменты, но есть и то, что требует доработки. В конце концов, Жан прав хотя бы в том, что юбилейный аромат не должен основываться на рождественской сказке. Это не эксклюзив, это не про нас, это про маркетинг и продажи.

– Ну конечно, прав, – процедил Кристиан, явно борясь с желанием сказать что-то ещё. – Хорошо. Мы с мадемуазель Дюваль разработаем концепцию и сделаем пробный вариант аромата. Сделаем то, чего не требуется от других.

– У вас не так много времени, Кристиан. На новогоднем корпоративе мы огласим результаты, – предупредил месье Бертран.

– Мы успеем, будьте спокойны, – кивнул Кристиан в сторону мужчины и встал.

– Собрание ещё не закончено, – Гаспар Тома не сводил с сына холодного взгляда. – Мы ещё не услышали саму мадемуазель Дюваль.

– Слишком мало времени, отец, – в голосе Кристиана звенел металл. – Разве ты не слышал?

Он подошёл к Амели, схватил её за руку и потащил вон из кабинета.

Кабинеты мелькали перед глазами с такой скоростью, как если бы Амели летела по коридору на спорткаре. Кристиан крепко держал её за руку, лицо его превратилось в каменную маску. В полном молчании они зашли в лифт и спустились на этаж ниже.

– Мы обязательно продумаем концепцию на каждый сезон, – постаралась разрядить обстановку Амели, нервно сжимая металлическую перекладину на стенке лифта. – Вот только верну себе компьютер…