Шрифт:
Смотрел и офигевал сам с себя. Как? Зачем? На хрена? Что это было? Где был мой мозг?
Так стало тошно, мерзотно.
– Здравствуйте, Станислав Игоревич… - и голосок у неё такой… противный.
Чёрт. Как угораздило? Кивнул, пошёл прочь.
Тем же вечером зашёл в бар, несколько раз там с друзьями встречался, футбол смотрели и хоккей.
Сел за стойку и… нажрался в хламину. Просто в сиську. Таким бухим я даже в юности, кажется, не был. Хорошо, хозяин бара – Тигран – свой, знакомый. Он меня прямо там у себя в кабинете положил. Утром вызвал мне доктора с капельницей.
Спросил, что это я?
Я и рассказал. Всё. Про развод. Про измену мою тупую.
– А ты что думаешь, другие не тупо изменяют? – Тигран усмехнулся. – Все изменяют тупо. Потому что измена, особенно, если любимой женщине – это самое тупое, что может случиться.
– Что, есть опыт?
– Есть. Такой же. Тупой… - он достал электронную сигарету, затянулся, пар выпустил. – Тоже сейчас по судам хожу. Я бы ей всё и так отдал, только вот бар… Она требует продать и поделить. Деньги брать отказывается. Считает, что из-за бара всё это.
– А оно из-за чего?
– Из-за тупости моей. Да, пришла тут новенькая официанточка, жопой крутила. Милая молодая девочка. Всё в глаза заглядывала. «Тигран Тимурович, вы такой»…
Я заржал, так было знакомо. Он усмехнулся.
– Сучка… напоила меня какой-то хренью, в кабинет забралась, на колени встала, я даже не понял ничего. А она уже сосёт. И как по заказу Белла моя заходит.
Да, блядь… стандартный козлиный сценарий мужских проёбов…
– Я её глаза никогда не забуду. Беллкины…
Тигран затянулся, потом потянулся к бутылке… молока!
– Я даже с бухлом завязал. Можешь себе представить хозяина бара, который завязал с бухлом? Вот. Хочешь молочка? Натуральное, с фермы мне привозят.
Я кивнул, он налил мне…
– Люблю её. Жену. Очень. Прощения просил. Прошу. И буду просить. Только…
– Что?
– Знаешь, иногда думаю, может зря я так пресмыкаюсь? Что если… сделать вид, что тебе пофигу? Новую жизнь, типа, начать?
– И что? – мне реально стало любопытно, что?
– А хрен знает, может, она почувствует, что реально теряет, и… простит?
Ага. А может не почувствует и не простит.
Как моя.
Не знаю, что там у Тиграна, надо бы как-то зайти к нему, а вот у меня…
Я себе тогда поставил срок. Полтора года. Буду добиваться. Просить. Умолять. Стараться вернуть.
Если через полтора года Машка не поддастся, не простит, значит… Значит буду менять тактику.
Или просто жить дальше.
Я и начал жить. Вроде как.
Перестал в ногах валяться. Перестал унижаться.
Свёл к минимуму общение. С дочками встречался на нейтральной территории. Начал активнее спортом заниматься. Зал, тренер, велик, байк, сап. С парашютом прыгнул.
Потом у приятеля на дне рождения встретил женщину. Переспали.
Мир не рухнул.
Всем было до одного места с кем я и где. Всем – это конкретно Марье моей.
До одного места.
Сука.
Я знал, что она тоже… С Артуром этим. Потом вроде еще кто-то у неё был. Блядь…
Вот так тупо я просрал своё счастье.
Что ж…
Тогда я думал, что всё. Конец. Почему бы не начать жить дальше?
Жить другую жизнь. Без Машки. Без любви.
Начал.
Как будто бы.
И ведь знал, что она позвонит! Знал!
Только, блядь, не знал, что всё вот так обернётся.
– Маш, ты… ты скажи, что тебе нужно?
– Ты.
Глава 27
– Ты… Стас… то есть…
– Я? Я тебе нужен?
Он смотрит на меня, и я вижу, насколько он… офигел. Ну да, понимаю, я, в общем, тоже, офигела. Сама в таком же состоянии, если не хуже.
Нет, я точно хуже, гораздо.
– Маш, я…
– Ты…Прости, я не так выразилась. Ты… то есть…
– Маш, я… я просто в шоке, извини меня… я…
– Это ты прости, Стас, господи…
Мы оба заикаемся, оба ведём себя как два дебила. Оба не знаем, что говорить. Ситуация патовая. Да.
Он женится. Я умираю.
Ха-ха, три раза.
Боже, что же делать?
– Маш… - его рука накрывает мою. Ух… - Маша, я…
– Стас…
– Я готов, правда. Ты только скажи, что нужно, и…