Антей лишь покачал головой и нагнулся, чтобы пройти в рабочую комнату наблюдателей. За прошедшие месяцы те смогли создать на опорнике некое подобие уюта. Вдоль одной из стен выстроился ряд плоских, прикрепленных намертво к стенам экранов, на полках стояла компьютерная техника. Посередине помещения высился небольшой столик. Далее виднелся проход в комнату отдыха.

— Батареи кладите сюда. Смена спит, особо не шумите.

— Не учи ученого.

— Что пожрать в роте осталось? Сидим тут голодом.

— На пару дней, бают.

— Совсем они там, что ли, охренели?

— Не шелести, Ушастый! Подвоз с тыла беспрерывно идет, — Рыбарь задумчиво осмотрел молодого воина, собирающего в расположения подразделения. — Бэка за бэка на позиции везут. Видимо, попросту в «Гусеницах» места на жратву не остается или что-то иное задумано.

— Ты это о чем Рыбарь? — подхватил разговор старший сменяемого ими поста, крепкий мужчина в годах с сержантским погоном спереди на камуфляже.

Антей предупреждающе покачал головой, но его напарник отмахнулся.

— Все равно пацаны рано или поздно узнают, — лицо худощавого Рыбаря сузилось еще больше, он наклонился и тихим голосом произнес. — Если жратву для горячего питания не подвозят, значит, скоро вперед двинем. Сухпай ведь уже завезли.

В укрепленном пункте на некоторое время повисла задумчивая тишина.

— Ты уверен?

— К гадалке не ходи!

— Теперь понятно.

— Что?

— Не твоего ума дела.

Антей оторвался от центрального экрана, на который были выведены все следящие устройства, и пробасил:

— Нет, ты уже договаривай, Седой. Здесь все свои. Если что, завтра вместе умирать пойдем.

Сержант вздохнул, уставился с затаенной обидой на колоритного здоровяка и нехотя выдавил:

— Да тут пацаны с артразведки обмолвились, что с передка всю неделю не вылезают. Летаки гоняют в хвост и гриву, как давно не бывало.

— Хм, и промежуточные склады со снарядами на каждом шагу расставлены. Туда не ходи, сюда тоже, — поддакнул ушлый Рыбарь.

Заинтригованный новостями Ушастый добавил огонька в разговор:

— То-то я думаю, что саперы на правом фланге втихаря копошатся. И ведь фиг увидишь, «призраками» обмотались. И откуда столько батареек у них взялось? Это же страшенный дефицит! У наших тыловиков лучше даже не спрашивать.

Рыбарь с интересом глянул на молодого и раннего ополченца. В подразделения их батальона принимали лишь добровольцев, потому они и считались самыми боевитыми. В плен «парсов» ляхи и германцы обычно не брали.

— Ты в курсе, сколько один «призрак» стоит? Точно в них?

— На экране сплошь чернота. Хрен их, с чем перепутаешь. Как включат свою глушилку, так все — нет человека.

— А сколько они, говоришь, стоят?

— Пятьдесят тысяч марок на черном рынке. Официально не поставляются.

— Ого! Откель такие финансы взялись?

Рыбарь пожал плечами:

— Так, Лука, видать, нашел спонсоров.

Седой почесал свои топорщистые в стороны усы и хмыкнул:

— Неужель «жирных котов» перышком пошерстили? Во как, совсем прижало республиканских.

Антей бросил настороженный взгляд в сторону Рыбаря и угрюмо пробасил:

— Чтобы ни полушёпота! Не нравится мне это. Что они там наверху опять задумали нам на погибель?

Глава 6

Толкучка. Тремя месяцами ранее

С полуночи в расположение начали прилетать снаряды из танка. Выстрел, и практически мгновенный прилет. Снаряд из танка узнаешь по скорости, по ощущению мощи, с которой он летит и врезается в землю. Панцербатальон жемайтов лепит от всей души по окраине взятого вчера Батальоном «Интернационал» селища. Очень плотно лепит. Снаряды ложатся прямо рядом с домом, где разместились республиканцы. Сыпется отовсюду, пыль через все щели проникает внутрь помещения. Земля и всяческий хлам летит вглубь жилища через выбитые окна. Остается только лежать и молиться, чтобы очередной снаряд не прилетел прямо в дом. Республиканцы рассосались по углам, угрюмо молчат. Угрюмость не покидает их самого начала неудачного наступа. Один из них неспешно закуривает. Привычка у него в сложной ситуевине всегда браться за сигарету. Антей лишь качает головой, но Ушастому все равно. Он шустрый и идейный. Нация превыше всего!

Неожиданно в комнате становится светлее. Рыбарь ближе всех и выглядывает в проем. Где-то вдалеке висит раскинувшийся на полнеба зеленоватый фейерверк. Рассыпаясь на кучу бесчисленных огоньков, он медленно опускается вниз.

— Фосфор!

— Пошла жара!

— Значит, с утра попрут, гондоны штопаные. Слышь, Седой, надо подвал искать покрепче. Наверху оставить наблюдателей. Связь есть?

— Есть. Не включаю.

Почему спрашивать не надо. Работу любого гаджета с той стороны засекают мгновенно. Также быстро передают команду на отстрел. Европейская военная машина предельно эффектна и смертоубийственна. С росской стороны с такой скоростью можно предоставить лишь азарт и смекалку.