Шрифт:
Друзья поражённо смотрели на разрушенный домик. Копатыч стянул с головы шляпу. Придётся строить заново… Бараш пошёл дальше. Но куда ему было идти? Везде одно и тоже. Немного побродив по тропинке, поэт вернулся к домику Пина.
Изобретатель всё ещё возился с автоматом. Он его уже почти разобрал. На земле валялось с десяток добытых морковок.
Бараш пожаловался, что совет Пина не помог. Изобретатель хмыкнул:
– Ты делайт всё не так! Ты всё говорить так, будто это тебя совсем не касается – грустно и скучно, и всё вокруг превращается в грустно и скучно! – Он в сердцах стукнул кувалдой по автомату, тот покорно выдал на лотке ещё одну морковку. – А ты говори так, будто тебя это очень касается! Даже если на самом деле тебя это совсем не касается.
Бараш сполз с деревянного ящика. Можно попробовать и так.
Он побрёл обратно к качелям, и вскоре увидел Нюшу. Она весело бежала по тропинке, чеканя перед собой мяч. Бараш побежал рядом.
– Нюша нашла мяч! – с восторгом закричал поэт. – Ну, слава богу! А то уж можно было подумать, что не найдёт! Итак, она бежит по тропинке, и это вселяет надежду! Посмотрим, что будет дальше!
Нюша остановилась и озадаченно посмотрела на Бараша. Но тот уже свернул к домику Совуньи. Здесь ничего не поменялось. Совунья всё так же лежала в гамаке и в сотый раз пыталась вдеть нитку в иголку.
– Ну что ж, – провозгласил Бараш, подскочив к Совунье. – За прошедшее время все остались при своём. Но что это?.. Кажется… кажется, нить почти входит в игольное ушко! Да? Нет! Увы, опять не попала. Последняя попытка?.. Раз, два, три! Есть! Есть!!!
Совунье и правда удалось справиться с узким ушком. Бараш победно поднял её крыло с зажатой иглой, и нитка… выскользнула! Совунья сердито насупилась. Но Бараша это уже не интересовало. Он побежал дальше и закричал:
– Оле-оле-оле-оле!
Так поэт оказался рядом с домиком Копатыча. Во дворе продолжалась эпопея с цистерной. Её вновь пытались поставить на подпорки. Бараш занял удобное место на возвышении.
– Итак, мы видим новую расстановку на огороде, – вещал он оттуда, как заправский футбольный комментатор. – Крош с Ёжиком поменялись флангами, а Копатыч теперь толкает в центре. Интересно, даст ли эта тактическая заготовка свои плоды?
Карыч смерил Бараша суровым взглядом. Лучше бы помог! Но поэт ничего не заметил и продолжил комментировать. Ворон махнул на него крылом.
– Первый толчок! Началось! Так, так, так… – кричал пришедший в азарт Бараш. – Работа больше идёт левым флангом, вот подключение справа, передача в центр! Ну! Ну! Ещё немного!
Копатыч, Ёжик и Крош поднапряглись, навалились. Цистерна покачнулась и в конце концов встала на подпорки.
– Готово! – радостно заорал Бараш. – Они сделали это!! Сделали! Ура!
Тут уж все пришли в неистовый восторг. Смешарики подхватили Бараша и начали подбрасывать его в воздух. Благодаря его поддержке они одолели злосчастную цистерну!
А поэту вдруг снова стало грустно. Он посмотрел на голубое небо и уныло заметил:
– Меня качают. Я подлетаю в воздух. Солнце светит…
Когда друзья его отпустили, Бараш побрёл обратно к Пину.
– Я иду опять по тропинке… – бормотал несчастный поэт себе под нос. – Зачем я иду? Есть ли в этом хоть какой-то смысл? Может быть… может быть, я ищу Нюшин мяч? Нет. Я уже ничего не ищу…
Вскоре он вновь оказался на ящике во дворе Пина. Настроение у инженера тоже было далеко не такое радостное. Он яростно колотил автомат кувалдой то с одной стороны, то с другой, и кричал:
– Будешь разбираться или нет? Будешь?! Будешь?!!
Автомат в ответ плюнул в него пригоршней морковки. Пин утёр пот со лба и глубоко вздохнул.
– Ничего-ничего… – произнёс он, отступая, чтобы взять хороший разбег. – Всё не так уж и плохо… Солнце светит! Птички поют! Бабочки летают!
Пин помчался к автомату и с размаху нанёс удар. Из машины посыпалась морковка – целая гора морковки! Бараш оживился.
– Какая неудача! – воскликнул он. – Как всё хорошо складывалось, но в итоге мы остались без результата… Это очень-очень обидно! Очень! Но жизнь продолжается: солнце светит, птички поют, а я заканчиваю репортаж. До новых встреч!
Бараш махнул Пину и весело побежал домой. Его настроение улучшилось! Но надолго ли? Оставайтесь с нами и следите за развитием событий!
Добро, зло и девочки
Одним прекрасным солнечным днём Бараш хотел пригласить Нюшу на прогулку. Он прихватил букет цветов и отправился к её домику. Нюша сидела у открытого окна и полировала пилочкой ногти. Предложение поэта она… отвергла.
– Вот ты думаешь, что, кроме как на качелях качаться, больше никаких занятий в жизни нет, да? – фыркнула Нюша. – А творить добро?