Красуется. Ой какие мы правильные! Небось, и уровень масла смотрит перед каждой поездкой, и лампочки в фарах проверяет…

– Масло есть, и то хлеб, – пробормотал Андрей.

Ну вот, а некоторые говорят, что я никогда не права. Ещё как права, да и вообще – я людей насквозь вижу. В кафе натренировалась.

– Вот и больница, – радостно сообщил Андрей. – Болит?

– Болит, – отозвалась я. – Да нет там перелома… Иначе бы распухло!

– Не всегда перелом распухает, – наставительным тоном ответил он. – А вдруг трещина?

– А вы врач, да? – съязвила я, снова начиная паниковать. Только трещины мне и не хватало! Это не две недели, это уже месяц! А как я за продуктами буду выходить, если мне гипс наложат? Димку ко мне не отпустят, а соседок просить – себе дороже. Шумно выдохнув, я с досадой хлопнула ладонью по колену.

– Не врач, – бросил Андрей и вышел из припаркованной машины. Обежал её спереди, открыл дверь и протянул руку: – Встать можете?

– Могу. Как-нибудь доковыляю, – ответила, выбираясь наружу. Попробовала встать на повреждённую ногу, но её пронзило острой болью. Я вскрикнула, поджав ногу, и добавила: – Нет, скорее допрыгаю…

Андрей закатил глаза и хлопнул дверцей. Раздался писк сигналки, а потом меня подняли на руки. Чувство, конечно, незабываемое, но блин! Я машинально ухватилась за шею Андрея и недовольно протянула:

– Заче-ем? Я бы допрыгала!

– Ну уж нет, – рассмеялся он, легко и непринуждённо понёс по расчищенной плитке к освещённому входу. – Я не могу позволить симпатичной девушке с травмой скакать на одной ноге, да ещё и на каблуках. На каблуке, то есть.

От симпатичной девушки мне стало приятно, а от этого чувства полёта – неловко. Но всё равно, когда тебя носят на руках, чувствуешь себя чуть ли не английской королевой! Даже если это не твой мужчина…

А жаль, что не мой. Андрей разрулил всё за пять минут. Уж не знаю, заплатил ли сверх прайса или нашёл убедительные доводы, но при общей загруженности зала ожидания меня приняли без очереди: посадили в кресло на колёсиках, отвезли на рентген, сфоткали лодыжку и так же быстро вернули Андрею. Ещё через десять минут пришёл врач с улыбкой и с чёрно-белым снимком:

– Спешу вас обрадовать – перелома нет, трещин тоже. Думаю, небольшое растяжение. Купите в аптеке голеностопный ортез и носите не менее двух недель. Несколько дней прикладывайте лёд, принимайте Эффералган, и всё вскоре пройдёт.

– Спасибо, доктор, – ответила я с чувством, а Андрей схватил его руку и потряс с воодушевлением:

– Спасибо! Вы очень любезны, доктор.

– Не стоит благодарности, – улыбнулся тот скупо, и я поняла – не заплатили, а привели убедительные доводы.

Обратно до машины меня снова донесли. Хотя я и пыталась сопротивляться, Андрей проигнорировал все протесты и подхватил моё бренное тело, как будто оно весило сто граммов. А я ляпнула:

– Вы спортсмен, Андрей? Культурист? Штангист?

– Рискну принять эти вопросы за комплимент, – рассмеялся он. – Нет, я айтишник. Тоже железо, но другого рода.

– Не думала, что айтишники такие сильные, – снова ляпнула и покраснела.

Зато Андрей надулся, как павлин, и сказал самодовольно:

– Я ещё и не так умею!

На миг мне показалось, что он сейчас и покажет сразу, что именно умеет, но мой новый знакомый сдержался и просто посадил меня в машину на место пассажира. Оббежав капот, сел на место водителя и спросил деловито:

– Ну, куда едем?

Я замялась. Назвать адрес незнакомому человеку? А как по-другому добраться до дома? Ещё и в аптеку надо будет кого-то попросить сбегать… Если сосед не запил, за сотку-другую согласится. Если не запил…

– Проспект Ударников, если не сложно, – пробормотала. Андрей завёл мотор и пожал плечами:

– Не сложно. В конце концов, это из-за меня вы подвернули ногу!

– Да-да, – поддела я его. – И должна торчать как минимум две недели дома!

– Считайте это внеочередным отпуском.

– Шестьдесят процентов от зарплаты, – вздохнула я. Да уж, отпуск мне сейчас вообще не в кайф… К тому же отпуск – это прогулки, праздник, поехать куда-нибудь отдыхать, а не сидеть на диване с болящей в ортезе ногой…

– Где вы работаете, Полина?

Я опять замялась. Эх, была бы я менеджером… Или хотя бы продавцом в бутике. Но нет. Гордиться нечем.

– Официанткой в Столовой, – сказала сдержанно.

– Да, там с вывихом не схалтуришь, – усмехнулся Андрей, сворачивая к мосту. По ледяной каше его машину подрезал какой-то лихач на седане, и мой водитель тормознул, выворачивая руль, выругался: – Куда лезешь, дятел?! Где таким только права продают…