– Как дела мой золотой, кушать хочешь?

– Нет, нет, смотри это последний уровень! – восхищенно прокричал Женя, не обращая внимания на маму.

Алла улыбнулась и вышла назад: – А ты как здесь поживаешь, всё рисуешь, кушать будешь? – спросила она, заглядывая к Лизе.

– Ага, я сама себе положу, – сухим голосом ответила девочка.

– Окей, – закрыв дверь ответила Алла, после этого она посмотрела ещё несколько секунд в закрытую дверь, а затем, снова одев на себя счастливую маску, подошла к кабине, но увидев раздражённого Илью, Алла вспомнила про ухудшающеюся погоду и решив лишний раз его не тревожить, ушла в свой бокс. Прибавка скорости помогла и не смотря на сильный риск попасть в аварию, через два часа пути машина свернула с шоссе, согласно показаниям навигатора, оставалось ещё ехать четыре часа, а до наступления нового года оставалось чуть больше пяти часов.

«Всего час в запасе, но всё равно уже неплохо, попробуем оторваться ещё немного», – думал про себя Илья, снова увеличивая скорость.

Грунтовая дорога была очищена от основной массы снега, за день до отъезда Илья договорился с одной из коммунальных компаний, что они очистят снег прямо до места съёмок, это обошлось довольно дорого, но по-другому он не смог бы проехать в эту непролазную глушь.

Время от времени машину сильно трясло на ухабах, местность стала более холмистой, и дорога начала подниматься всё время вверх. Кругом росли леса, заснеженные ели и пихты сплошной стеной тянулись вдоль дороги образуя бесконечный коридор. Снег продолжал усиливаться и видимость снизилась до десяти метров, отцу семейства снова пришлось снизить скорость, так как машину стало заносить из стороны в сторону.

Наконец они выехали на открытое место, лес остался позади, как и основная часть дороги, поднявшись ещё выше Илья увидел торчащие из сугробов остовы домов.

«Странно, мне говорили здесь ещё живут люди», – тихо произнёс вслух он, пристально вглядываясь в окно.

Ещё через полчаса пути впереди мелькнул здоровенный двухэтажный сруб, в окнах которого горел блеклый свет. Доехав до дома, Илья остановил машину и открыв дверь, быстро выпрыгнул наружу. Ветер был сильный, обжигающий, ему пришлось надеть капюшон, впереди себя он увидел фигуру высокого мужчины.

– Эй, эй, вы заблудились? – сквозь пургу донёсся его голос.

Илья достал и включил фонарик, перед ним стоял старый мужчина лет восьмидесяти, он был очень крепкого телосложения, рослый, широкий в плечах, с густой седой бородой. На нём был одет старый, потрёпанный медвежий тулуп и шапка ушанка, из-под которой свисали вниз седые пряди волос.

– Добрый вечер, это Урта?

– Да, это заповедная земля, здесь нельзя оставаться! – с возмущением произнёс старик, преграждая дорогу.

– А мне говорили, что здесь нет никаких ограничений на въезд, в любом случае мы здесь ненадолго, сделаем пару съёмок и уедем.

– Воля ваша, здесь опасно очень быть, не подходите к лесу, дикие звери там по всюду, – с раздражением ответил старик, отходя в сторону, понимая, что с городскими людьми, вечно отстаивающими свои права, спорить бесполезно. В его словах проскальзывали звуки поморского говора, он говорил протягивая букву «о», но в остальном его речь была чёткой и понятной, как у обычного современного человека.

– Мы вам не помешаем, поставим машину у самого берега.

Старик кивнул головой: – Так значит это они для вас дорогу-то чистили?

– Да, иначе мы бы просто до вас не добрались, – с улыбкой ответил Илья, идя обратно к машине.

– Зря всё это, ох зря, плохое место это, поезжайте обратно, покуда беды с вами не случилось.

Илья молча залез в кабину и поехал дальше: – Милый, кто это, что он говорил? – раздался голос Аллы, севшей рядом на пассажирском сиденье.

– Местный дедушка, говорит, что сюда лучше не ехать, – с усмешкой ответил Илья.

– Так, у нас на всё про всё около сорока минут, приедем, я сразу начну устанавливать камеры, а ты одень детей в экипировку и сразу присоединяйтесь к съёмкам.

– Хорошо зайчик, – ответила она, целуя его в щёку, было заметно, что Алла находится в плавающем состоянии.

– Ты же знаешь, у меня очень важные съёмки, после делай что хочешь, ты поняла о чём я? – грубым голосом произнёс Илья, смотря на жену.

– Конечно милый, я просто устала, – с улыбкой ответила она, уходя в салон.

Он покачал головой и прибавил машине газу, через двадцать минут они выехали на заснеженное плато, возвышающееся над деревней, в конце которого был высокий обрыв и начиналось море. Плато имело полукруглую форму и основную его часть занимал пихтовый лес, растущей с правой стороны, а слева внизу от плато находилась долина с небольшим замёрзшим озером, вокруг которого росли редкие пихты и ели, а дальше за ними возвышались заснеженные пики гор.

Урта располагалась ниже, под самым плато, сейчас от некогда большой деревни осталось только несколько целых домов и пара стариков, мирно доживавших здесь свой век. У деревни была дурная слава, несмотря на красивые места, сюда больше не приезжали на поселение новые люди, старожилы называли Урту проклятым местом, но никто не мог рассказать больше, так тайна деревни уходила в прошлое вместе с её стариками.

Машина остановилась в пяти метрах от берега у самого леса, как и договаривался Илья, здесь была расчищена широкая площадка, он планировал здесь пробыть около двух дней, выйти в новогодний эфир и на следующий день уже детально заснять все красоты этого места.