Женщина одновременно хотела смеяться и плакать. При этом она не могла ничего из этого сделать. Она всё ещё была нежитью. И этот факт почти свёл её с ума. В какой-то момент Скайлер даже хотела разбить свою голову об обелиск и покончить со всем этим. Но, немного успокоившись, женщина дрожащей рукой вновь потянулась к ранее откинутой в сторону игрушке.

Процесс «собирания души из разбитых осколков» оказался изощрённой пыткой для разума. Но вместе с тем, Скайлер стала похожа на наркомана, который уже не мог остановиться. Она вновь и вновь погружалась в поток своих собственных, давно забытых воспоминаний и чувств.

При этом Скайлер совершенно не замечала, как с её костей облетает золотое напыление. Как её тело медленно обрастает плотью. Как на голове появились тонкие длинные уши, а череп обтягиваться странной серой кожей. Женщина чем-то стала напоминать летучую мышь. Но для неё всё это было неважно сейчас. Её холодный взгляд был прикован лишь к кубику Рубика. До полной разгадки тайны этой головоломки осталось совсем немного. А потом…

Она оживёт? Но ей никто этого не обещал. Смысл награды был заключён совсем в ином.

Она останется личем, просто облик изменится? — но у нежити нет столь ярких воспоминаний, эмоций и души.

Тогда можно ли считать это эволюцией нежити? — а вот это хороший вопрос. В любом случае до финальной трансформации осталась пара вращений кубика Рубика.

22. Радио Шансон

В первое мгновение, когда Иван Савельевич очнулся, он подумал, что все его приключения в фантастическом мире были просто сном или бредом больного человека. Почему? Да потому что первое, что он услышал, было объявление на чистейшем русском языке: «Радио Шансон!». Потом послышался треск, словно кто-то торопливо настраивал радиоприёмник на другое волну, и прозвучало объявление: «Европа Плюс!».

— Оставь, — тут же попросил мелодичный женский голосок, который чем-то напоминал шелест листьев. При этом просьба прозвучала на незнакомом языке, но значение слов Иван Савельевич понял без проблем.

— Ха-ха-ха, — меж тем раздался весёлый детский смех с последующим визгом — Ви-и-и!!

А потом, под ритмы громкой ритмичной музыки, кто-то громко бултыхнулся в воду.

Разумеется, первый вопрос, промелькнувший в голове Ивана Савельевича: «Что происходит?»

Немного приподнявшись и оглядевшись по сторонам, пенсионер понял, что это всё ещё фэнтезийный мир и его мрачный участок в восемь соток. А зрение пенсионера всё ещё чёрно-белое. Правда, последний факт не помешал Ивану Савельевичу разглядеть одну очень важную деталь — к его участку прикоснулась женская рука.

Например, оросительный канал, который всё же докопали до Древа Жизни, был украшен какими-то разноцветными камешками. А сам саженец Древа, был украшен несколькими яркими ленточками. В грибном лесочке аккуратненько проложена тропинка. А на самих грибах, которые росли как могучие деревья, появились забавные картинки и загадочные узоры. И, наконец, возле самого родничка, появилась самая настоящая клумба с полевыми цветочками.

Однако, если подумать, то и фейри Лири никогда бы не стала тратить своё время на такие мелочи. Ей нравилась торговля, общение и приключения. А вот подбирать камешки по цвету или рисовать забавные картиночки — как-то не было у неё ранее тяги к таким вещам. Не того характера девушка.

— Ви-и-и!! — откуда-то сверху послышался очередной радостный визг.

Оказывается, дети грибного народца были в восторге от нового водного аттракциона. Сам этот аттракцион заключался в следующем; могучие стебли хищного цветка Итиса подбрасывали детей высоко в воздух. А затем дети падали в глубокий омут, в котором этот Итис жил. Разумеется, Итис детей вылавливал и доставлял их на берег в целости и в сохранности. Но, на тот случай, если вдруг что-то в этой забаве пойдёт не так, рядом с детьми находилась… дриада?

Наконец-то Иван Савельевич обнаружил новое лицо на своём участке. И это была женщина, которую пенсионер совершенно не узнал. Перед ним была девица, на светло-зелёной коже которой не было ни одной морщинки или шрамика. Её волосы были словно из рекламы, «пышными и шелковистыми», да ещё и уложены в хитроумную причёску. Одежда дриады была соткана из пышных лоз со свежей весенней листвой. А ещё на её лице был какой-то замысловатый узор, в качестве макияжа.

В общем, Иван Савельевич даже подумать не мог, что перед ним сейчас сидит та самая, увядшая и больная замухрышка в лохмотьях, которая составила ему компанию в рейде по дремучему лесу. Тем более, что девушка была вооружена цветущим посохом, а не какой-то сухой корягой, подобранной в болоте.

Кстати, пока Иван Савельевич оглядывался по сторонам да подымался на ноги, его пробуждение тоже заметили. Дети грибного народца встретили пробуждение «отца» радостными возгласами. А вот дриада вздрогнула и крепко сжала свой посох в руках.

— Идём, я вас заново познакомлю друг с другом, — тут же подлетела к ней фейри Лири, торопясь успокоить подругу. — Главное, не бойся. И в его пустые глазницы не смотри. Он этим огнём тебя словно гипнотизирует.