Шрифт:
Я вспоминаю нашу первую встречу садясь в машину. Руки бешено дрожат… Сука… Сука… Как это… Как это возможно… Что происходит…
Как я первый раз ее увидел, да ее лицо, но она была другая. Совсем другая. Хорошая, особенная…
– Ты волосы осветлила? Тебе так ещё больше идет!
До сих пор помню свою фразу… Я так смотрел на нее. Видавший виды. Столько прошел, столько всего было…
Всегда считал, что Рада обычная хоть все и восхищались ее внешностью, а тут с ума сошел. Просто стоял и смотрел. Вроде Рада, но это была не Рада. Это была та самая которую я так долго искал. Даже Света в молодости не смогла так меня зацепить, а тогда в молодые годы мне казалось я ее любил, дрался за нее. Самая красивая девочка двора… Только в кого она превратилась сейчас…
Резко трогаюсь с места.
– Садись поговорим! Ты Рада Богдановская! Моя жена!
Вспоминаю все и все больше понимаю, я не хочу ее от себя отпускать… Почему она так резко охладела. Что я сделал не так… Подумать не мог что жестокий Федор Богдановский так может потерять голову… Что со мной что…
Я сидела в подушках и считала время. Минуты мучительно капали, а у меня бешено стучало сердце. Я очень хотела обнять его. Прижаться к нему, и чтобы не отпускал меня. Мой… Чтобы он их всех убил за то, что сделали со мной и с моим малышом.
Ребенка больше не было… Я должна им отомстить, разорвать их в клочья. Ненавижу их.
Дверь аккуратно скрипнула и в комнату со свечкой в руках вошла Любава.
– Тихо девка, молчи, я им снотворное в самогонку налила! Бежать тебе надо девка! Быстро бежать!!!
Подходит к кровати, ставит свечу на тумбочку и аккуратно начинает веревки распутывать. Страх. Сердце бешено колотится. Я так боюсь.
– Тихо девка, тихо!!!
Берет свечу в руку и ведет меня к двери. Осторожно выходим в сени. Везде грязно, неубрано. Аккуратно идем вперед. Она толкает осторожно тяжелую деревянную дверь, закрытую на железный засов. Толкает и в меня попадает прохладный свежий воздух. Я судорожно хватаюсь за косяк.
– Тихо, девка, не падать!
Любава выталкивает меня на улицу. Вся дрожу. Холодные капли дождя попадают мне в лицо, вся дрожу от холода. На улице прохладно…
– Девка беги в сторону дороги, прямо! Что есть силы беги и не смей останавливаться! Беги! Там в двух шагах от дороги дорога, к домам богатых ведет, там и есть дом твоего мужа! Беги, девка!
– А, как же вы? – тихо спрашиваю я.
Любава вздыхает.
– У меня нет никого, всех потеряла! Беги, девочка, беги!
– Где девка?
Из дома раздался чей-то утробный крик.
– Где девка, Любава?
Любава поменялась в лице.
– Беги, детка, только беги!
От ужаса я, наспех обняв ее бросилась бежать прямо в сторону леса. Холодные капли дождя подгоняли меня сильнее. На небе громыхнуло и словно кто-то вылил ведро на меня. Я бросилась бежать еще сильнее. Ветки больно хлыстали по лицу. Кажется, это был конец…
Я бежала так что ветер свистел в ушах. Меня отчаянно трясло. Я бежала так, как не бегала никогда в жизни. Страх и ужас все смешалось. Только бы добежать… Дорога… Впереди показалась дорога… Я бросилась к ней и перебежав кинулась в сторону поселка.
– А ну стой, сука! – услышала я позади. – Все равно не уйдешь!
У меня потемнело в глазах. Господи помоги, только помоги…
Глава 11
– Что вообще происходит? Ты можешь мне объяснить?
Я захожу в гостиную и замираю. На минуту мне кажется, что это Рада вернулась. Та же вульгарная поза нога на ногу, бутылка коньяка в руках, все тоже кроме яркого макияжа.
Внимательно смотрю на нее. Злость, ярость, все смешивается в одно…
– Ты что сдурела пить?
Если бы я не знал, что Рада мертва, подумал бы что это она. Взмахивает ресницами.
– А почему мне нельзя выпить? Мои дни сочтены!
Руки сжимаются в кулаки. Ненависть… Дикая ненависть сжимается во мне, проходит атомами по кровами. Вспышка ярости, мне в этот момент хочется ударить ее. Едва сдерживаюсь.
– Ты совсем охренела? Отдай бутылку!
Подхожу к ней и вырываю бутылку из рук. В глазах столько злобы.
– Ты охренела?
– Не трогай! – тянет бутылку на себя. – Ты серьезно считал, что я тебя урода полюбила? Я тебя ненавижу! Посмотри на себя! С тобой спать противно ложится!
Мне показалось на секунду что я ослышался. Что оглох и ослеп одновременно. Она так стонала подо мной, говорила такие слова, клялась, что любит меня… А что в итоге… Вот как…
– Артура значит любишь?
– Да люблю! – с вызовом отвечает она.
В этот момент мне кажется, у меня вырвали сердце, так больно мне не было никогда, даже в тот момент, когда я узнал, что Светлана сдала Лерку в детский дом.
Сглатываю. Ну что ж пусть будет по ее.
– Убирайся!
Пьяно усмехается.