Ефим бросился вперед, чтобы ей помешать, но даже он остановился как вкопанный, так и не завершив движение. Лезвие впилось ей в горло, сразу прорезав его до середины. Казалось, что лезвие режет не кожу и мясо, а простую бумагу. За быстрым рывком последовал отвратительный хруст.
