Меррили приготовилась стрелять. Она глубоко и ровно дышала. В ее ясных сапфировых глазах не было страха.

Патрел взял валонский рог:

– Я сыграю на нем в последний раз. А потом мы дадим им такой бой, что о нем веками будут петь барды... если, конечно, узнают.

И посреди резких звуков чистый серебряный зов полетел к небу, трое молодых варорцев приготовились дать свой последний бой.

Но тут рюккские рога затихли и донеслись какие-то другие звуки, разливаясь по холмам, как серебряное эхо. Гхолы остановились, растерянно оглядываясь. Внезапно их предводитель поднял лицо к темному небу и завыл. И с запада, из-за поворота, послышался топот копыт.

– Они идут!
– закричал Патрел, приготовившись стрелять.

Копыта стучали все громче, и вот показался первый из всадников.

Люди на лошадях!

– Нет!
– крикнул Даннер, отводя руку Патрела, и стрела взвилась вверх, миновав седобородого всадника.
– Это Видрон!

На улицах Бракенборо появилась тысяча всадников, одетых в белое и голубое - цвета Веллена, - трубивших в рога, ведомых маршалом Видроном. Отряды проносились по руинам, вступая в краткие стычки с гхолами.

Среди шума битвы три варорца - два баккана и дамман - танцевали и кричали, как безумные, обнимали друг друга и плакали.

– Да, капитан Патрел, когда я услышал этот рог - рог Эльго из сокровищницы Слита, - я понял, что это вы попали в беду.
– Видрон широко улыбался, сидя на камне у сожженной стены, где он нашел своих маленьких друзей. Все это напоминало встречу деда с любимыми внуками. Но когда старому воину представили Меррили, глаза его расширились от изумления. Он сердечно поклонился дамман. Теперь они все сидели и разговаривали.

– Итак, чтобы спасти ваши пропащие головы, я отдал приказ отправляться в Бракенборо. Сами понимаете, никакой отряд этих... гхулов не устоит против тысячи всадников из Веллена.

– Но, генерал Видрон, - робко запротестовала Меррили, - это не все гхолы. Еще сотни четыре рыщут по окрестным долинам и ищут наших. Варорцам приходится нелегко: этот мерзкий народ охотится на них, как на лис.

– Да, да, знаю, девочка, - ответил с улыбкой Видрон.
– Кто-то из ваших ребят остановил нас на дороге и все рассказал. Сейчас за этими подлецами охотится еще две тысячи моих всадников - слышишь, они трубят в рога.

– Еще две тысячи?
– Глаза Патрела широко раскрылись.
– Как вам удалось собрать такую армию, маршал?

– Ну, я съездил в Веллен и привел их с собой, - ответил Видрон.
– А как мы сюда попали... Ладно: когда мы вырвались из северных ворот Чаллерайна, то поехали окольным путем в Стоунхилл.

– Да как это?
– взорвался Даннер.
– Мы с Патом были там... ждали... три дня.

– Два с половиной, - перебил Патрел.

– Ну, ладно, два с половиной. И никто не пришел.

– Когда это было?
– спросил Видрон.

– Сейчас вспомню. Туда мы прибыли ровно две недели назад, рано утром. Мы остались на весь день... и на следующий тоже. Стало быть, если мне не изменяет память, это было восьмого января.

Патрел кивнул в знак согласия.

– А, - произнес Видрон, - тогда я прибыл в Стоунхилл позже.
– Глаза человека расширились от удивления.
– Эге! Да если вы уехали оттуда восьмого, то, верно, в тот самый момент мы въезжали в другие ворота.

Даннер и Патрел посмотрели друг на друга, потом на Видрона, и все трое осознали, что они чудом разминулись в Стоунхилле и что всего одно мгновение может навсегда изменить ход событий. Возможно, если бы варорцы встретились тогда с Видроном, не было бы ни битвы при Бадгене, ни путешествия Видрона в Веллен. А может, это и случилось бы, но с другим исходом... или...

Вопрос Меррили прервал их размышления:

– Маршал Видрон, не выезжали ли с вами из Чаллерайна варорцы? Возможно, Такк...
– Голос ее сорвался.

– Нет, девочка, - он печально покачал головой, - их с нами не было.

Меррили в отчаянии отвернулась. Наступила тишина, и только с холмов доносились звуки рога, а с улиц Бракенборо - топот копыт.

Наконец Видрон прокашлялся и заговорил:

– Я думал, что из пяти тысяч защитников Чаллерайна выжили только шестьдесят два человека и один эльф, лорд Гилдор. Но теперь выяснилось, что еще двое - Даннер и Патрел. Так что надежда есть, хотя и слабая, что уцелел еще кто-то, возможно, твой Такк.