Сильвио выругался и опустил руку.

— Тупая сука, если бы у тебя была хоть капля мозгов, ты бы стояла на коленях и вылизывала свой беспорядок. Вместо этого ты болтаешь так, будто Антонио никогда не умрет.

— Если бы у тебя была хоть капля мозгов, ты бы поблагодарил меня за то, что я пролила кофе, а не подожженную самбуку.

От моих тихих слов его брови поползли вверх на лоснящийся лоб. Он покачал головой с недоверчивым выражением лица.

— Ты действительно думаешь, что Антонио и Ренато смогут защищать тебя вечно?

— Ты угрожаешь моему отцу? Потому что это звучит как что-то, что я должна ему рассказать, — резко заметила я.

Конечно, я бы не стала. Антонио никогда бы не поверил моим словам больше, чем Сильвио, просто потому, что он мужчина. Тем не менее, эти слова заставили меня почувствовать себя сильнее. Даже если безопасность, которую отец дарил мне в Каса Нера, была мнимой, я нуждалась в ней. Пусть он и был моим тюремщиком, он никому не позволил бы навредить мне. Ну, до тех пор, пока он не выдаст меня замуж, и тогда я стану проблемой своего мужа.

Сильвио покачал головой и тяжело вздохнул, словно желание свернуть мне шею было слишком сильным.

— Я угрожаю тебе. Будь начеку, — бросил он мне через плечо, после чего вышел из комнаты, суетливо поправляя свои мокрые брюки.

Я смотрела ему вслед, а затем повернулась к горящим глазам, прожигающем дыру на моем лице. Антонио сидел, сцепив пальцы, и хмуро смотрел на меня поверх них. Разговор возобновился, но его внимание не ослабевало.

Кивком головы он подозвал меня к себе.

— Ты выглядишь усталой. Проверь нашего гостя и проследи, чтобы он что-нибудь съел. Кирилл Чернов приносит нам неплохую прибыль и будет продолжать это делать, но, к сожалению, мы не можем позволить его брату умереть. Возьми с собой Анджело.

Сердце подпрыгнуло одновременно с нервами в моей слабой груди. Неужели я действительно хотела увидеть Николая? Да. Я хотела увидеть его своими глазами и узнать, как он себя чувствует, каким бы безумием это ни было. Всего несколько часов назад он спас мне жизнь, и ничто не могло этого изменить. Один только факт этого перевернул все. Никто никогда раньше не жертвовал чем-то ради меня. Это наполнило меня незнакомым чувством благодарности и вины.

Я вышла из комнаты, предвкушение бурлило в моих венах. Возненавидит ли он меня теперь, когда знает, что я предала его? Отвернется ли он от меня или придет в ярость? По какой-то извращенной причине я чувствовала, что предпочла бы его гнев отстранению.

Я была почти на кухне, когда Сильвио догнал меня. Крепко сжав мою руку, он потащил меня по маленькому коридору. Анджело ждал наверху, его лицо было бесстрастным. Мой телохранитель хорошо разбирался в иерархии в Каса Нера и знал, что лучше не вмешиваться. Сильвио и Франко были выше правил моего отца, когда дело касалось меня.

— Что? — огрызнулась я, вырывая свою руку из хватки Сильвио.

Сильвио окинул меня плотоядным взглядом. В его глазах читалось возбуждение. Мужчина выглядел так, словно был под кайфом, и, насколько я знала, так оно и было.

— Чернов говорил тебе что-нибудь о том, что произошло пять лет назад?

Я закатила глаза.

— Что, игра в покер?

Сильвио вздрогнул.

— Нет, stupida14, рука.

Упоминание об отсутствующей конечности Сильвио привлекло мой взгляд к пустому рукаву его пиджака. При виде этого зрелища меня охватило слабое чувство тошноты.

— Что бы он сказал? Ты заключил пари, проиграл и решил не держать слово. В наказание он взял твою руку. О чем еще тут можно говорить?

При воспоминании о том, что случилось с рукой Сильвио, у меня скрутило живот. Сильвио никогда не вдавался в подробности точных событий, но я знала, что именно Николай отрезал его руку, несмотря на то, что кузен солгал Антонио. Несомненно, Сильвио боялся рассказать своему капо, почему он вообще попал в такую ситуацию, и поэтому придумал отговорку.

Я знала, что за этим стоит Николай, потому что он прислал мне отрубленную руку в подарочной коробке. Он положил коробку в мой школьный шкафчик, чтобы я открыла ее перед уроками. Я никогда не забуду вид отрубленной руки, завернутой в красивую розовую папиросную бумагу.

Сильвио фыркнул и, оглядев коридор, шагнул ко мне. Его взгляд стал расчетливым.

— Так что между вами двумя произошло?

Я попыталась скрыть виноватое выражение лица.

— Ничего.

Он приподнял бровь.

— Ничего? Ты хочешь сказать, что Николай, мать его, Чернов был с тобой наедине несколько дней, и ничего не произошло? Ты лжешь.

— Зачем мне лгать?

— Потому что ты не хочешь, чтобы Антонио узнал, что ты еще более испорченный товар, чем он думал, — сказал Сильвио. Он придвинулся ко мне еще на шаг, и я вздрогнула. — Может быть, ты отдалась ему, или он сам забрал твою невинность, а ты его покрываешь.