— Поздравляю с попаданием в прошлое! — привычно сам себе буркнул мужчина — Добро пожаловать на концерт песен Высоцкого с высоты командирской башенки. Только неплохо бы для начала остаться в живых. Ну что, поиграемся, коли попал в такую локацию.

Мужчина подошел к куче мертвецов и выдернул нож из живота того, что лежал рядом с кучей. Вытер лезвие ножа об одежду мертвеца, и проверил его на остроту. Нож был острый как бритва. Он сам удивился: никаких эмоций такое простое и необыкновенное действие не вызвало. Похоже, для старого хозяина тела подобное было чем-то рутинным, это значит, он был законченным душегубом. А для самого мужчины происходящее воспринималось как участие в ролевой игре. По молодости он бегал по лесам с толкиенистами, потом задружился с ролевиками и даже сшил себе комплект формы офицера каппелевской бригады. Ещё у него был комплект формы бойца Второго пехотного полка повстанческой армии Нестора Ивановича Махно. И в юности, и в старости он имел собственную точку зрения на Гражданскую войну — она была неизбежна просто в силу накопившихся противоречий и категорического нежелания значительной части образованного общества принять мысль о равенстве с ними мужиков и мастеровщины. Собственно, даже сейчас интеллигенция не считает мужичьё равными себе, и это при том, что едва ли не две трети этих людей сами выходцы из мужичья.

Скрипнула дверь, открываясь вовнутрь. Мужчина ужом скользнул к двери, укрываясь за створкой, заглядывая в узкую щелку: кто там идёт? Шел здоровенный парнище, несущий на плечах очередной труп. За ним никто не шел, и это замечательно.

Мужчина дождался, когда парнище бросит труп на кучу, ухватил его за длинные волосы, потянул назад, и полоснул по горлу. И толкнул агонизирующее тело на кучу.

— Есть один.

И двинулся на выход. Двинулся, и тут же метнулся назад, укрыться за спасительную дверь: по лестнице вниз спускались мужчина, несущий на себе труп крупного мужчины, а за ним двигалась женщина, тоже несущая труп то ли субтильного взрослого, то ли подростка. Когда преступники (а кем бы они могли быть ещё?) уронили свою ношу на кучу, мужчина бросился вперёд, и ножом распахал шею здоровяку, вскрыв сонную артерию. Длинная струя крови прянула в сторону женщины, но не достигла: та, быстрая как кошка метнулась в сторону, на ходу шаря в кармане длинного платья. Ещё одно мгновение, и ствол небольшого револьвера уставился в лицо мужчины.

На его счастье, женщина повторила ошибку всех кинозлодеев: она вместо стрельбы пустилась в разговоры:

— Проклятый Тавиш! Жаль, что тебя Джо не задушил, ну да я сама тебя застрелю.

Что остаётся делать? Бросок, и нож летит в лицо злобной фурии. И что прекрасно, нож угодил ей в глаз, правда, не острием, а рукояткой. Женщина взвизгнула, уронила револьвер и рефлекторно схватилась за лицо, так что скрутить её оказалось довольно легко. Но вот что любопытно: пока скручивал и связывал ремнём бешено лягающуюся фурию, немало пришлось хвататься её за всякие завлекательные выпуклости. И мужчина ощутил неожиданное возбуждение. Ещё бы! Он же попал в молодое тело, а тут рядом разгорячённая самка. Фурия ощутила выступающие элементы и вдруг вытаращилась на своего соперника:

— Шолто Тавиш, что с тобой?

— А что со мной не так?

— Ты же содомит, мужеложец, а тут у тебя на меня встал!

— Был содомит, да весь вышел. — ухмыльнулся мужчина — Значит, это тело зовут Шолто Тавиш?

— Что значит «это тело»? — напряглась женщина.

— Потом объясню. А пока расскажи: кто ещё есть в доме?

— Ты дурак? Посмотри, все здесь, вся шайка, и все кроме нас с тобой мёртвые.

— Это точно, ты не врёшь?

— Ты ничего не помнишь?

— Откуда? Я совсем другой человек, который попал в это тело. Кстати, какие вы тут все свиньи! Вы хоть иногда моетесь? От меня и от тебя смердит как от помойки. Ладно. Если хочешь жить, расскажешь, что тут происходит.

— Точно оставишь жизнь?

— Оставлю, но только если сразу скажешь всю правду. Хоть раз соврёшь, пеняй на себя. Ты всё расскажешь уже только за лёгкую смерть. Ну, говори.

Женщина оглянулась на кучу трупов, что-то для себя решила и заговорила:

— Месяц назад наша шайка захватила конвой, который перевозил деньги, триста тысяч фунтов, денежное довольствие экипажей флота. Доставили всё сюда, здесь мы решили отсидеться. А потом мы с Джо и Расселом решили, что делить деньги на всех глупо, вот и прикончили остальных. Хм… Теперь делить можно на двоих, ты согласен?

Внимательный взгляд выявил простую вещь: проклятая баба что-то утаила, причём скрыла что-то крайне важное.

— Как тебя зовут?

— Кэрол.

— Я тебя предупредил, Кэрол, что мне нужен только честный ответ. Предупреждал?

Женщина насупилась и смотрела зверем.

— Предупреждал. — констатировал мужчина — Теперь терпи.

Кусок тряпки в рот, шнурком перетянул запястье правой руки и пояснил:

— Это чтобы ты слишком быстро не истекла кровью.

И спокойно, неторопливо стал шинковать пальцы жертвы, по кусочку отрезая пальцы по суставам: сначала мизинец, потом безымянный. Когда добрался до среднего, в приглушенном вое, доносящемся из-под кляпа, донеслось что-то похожее на «скажу».

— Только не ори слишком громко. — предупредил мужчина и вынул кляп.

— Бесполезно кричать. Дом находится посреди болота, а здесь только мы живые. — рыдая прохрипела женщина — Эх, жаль я тебя не зарезала, когда была возможность. Побрезговала жрать содомита. Не сама бы съела, собакам бы скормила.

— Твои дела это твои дела, мечтай, пока есть время. Что сказать-то хотела?

— В нашем куше имеются изумруды из Корнуолла, добыча трёх шахт за два месяца.

— Что ещё? У тебя есть ещё восемь пальцев только на руках, подумай, Кэрол. Ещё есть ноги, уши, нос…

— Ладно-ладно. Ещё индийские алмазы, сапфиры и рубины, которые командующий флотом решил отправить в Лондон.

— Уже лучше. Где всё лежит?

— Там, наверху.

— Сейчас пойдём вместе, и ты, своими руками, достанешь всё.

Ага! Фурия напряглась. Наверняка там настроены какие-то ловушки. Ну что же, будем настороже.

Короткой верёвкой связал ноги, чтобы злобная баба могла передвигаться только мелкими шажками, и пошел следом за ней, держа наготове револьвер и нож. Поднялись в мансарду, женщина отодвинула хитрый запор на стенной панели и, действуя здоровой рукой, стала вынимать оттуда содержимое. Сначала выкинула тяжелый брезентовый мешок с железным горлом.