Шрифт:
Хотя все равно – МАЛО!!!
Фляги полетели на землю перед химерами, и те поползли вперед, только осколки хрупнули.
– Виола!
Точный плевок – и пламя вспыхивает опять.
На этот раз ПОД химерой. Та корчится, извивается, но прежде чем оно прогорает и угасает, оно успевает ее серьезно обжечь.
А нет слизи – нет движения.
Химера пытается передвигаться, но получается плохо. Перекатываться она не умеет, а ползти уже никак. И регенерации у таких тварей нет, у них все раны – навсегда.
Она пытается приподнять переднюю часть тела, но… никак. Слишком большой вес.
Санторинцы закричали что-то подбадривающее. Поняли, что мы их не бросаем.
– Попробовать ее порвать? – задумалась Виола.
– Не надо рисковать. Смотри сама, у нее какой объем! Долго рвать будем!
– А что тогда?
– Пусть теперь санторинцы справляются. Что там у девочек?
– Порядок!
Вторая химера тоже не двигалась.
– Никто не пострадал?
– Нет. Каэ, давай мы все-таки ее порвем? Я кушать хочу!
Для меня химера выглядела неаппетитно. А как отвратительно воняла! Но если Виоле хочется…
– А потерпеть сможете? Немного?
– Сможем. А зачем?
– Если вы нас сейчас спустите на землю… Ты видишь, сколько тут санторинцев?
– Много. Давай их тоже порвем?
Я покачала головой:
– Нет. Рвать мы их не будем, у меня есть идея получше. Мы сможем похитить принца Баязета?
– Вот этого? – Виола чуть повернула голову и уставилась на отряд санторинцев в позолоченных доспехах. Во главе его и находился принц.
– Этого, – узнала я.
Где-то ему досталось по голове, в схватке сбили шлем, и Баязет был отлично виден. Не перепутаешь!
– Могу. Сейчас, минуту…
Наверное, это страшно!
Я не боялась драконов, но когда вот так, всей оравой, они устремляются к земле, налетают, оскалившись, вытянув лапы вперед, когда громадные глаза полыхают жаждой убийства, когда бесятся и рвутся лошади, а ты их прекрасно понимаешь. Удрать бы!
И подальше, подальше…
Вот это и испытали санторинцы. Когда с небес на них низринулись ящеры. Драконы налетели на врагов единым клином. Страшным, смертоносным… Неудивительно, что те сразу же дрогнули.
Можно сражаться с химерами.
Можно подбадривать драконов.
Но когда недавний вроде бы союзник превращается во врага? И атакует?
Да какие нервы это выдержат? Уж точно не лошадиные.
Санторинцы, может, и справились бы с собой, и мокрые штаны не в счет, но справиться с дико испуганной лошадью? Нет, нереально.
Несчастные животные вставали на дыбы, били копытами, мчались подальше отсюда – плевать, со всадниками, без всадников, это – не их проблема!
Не удержался?
Покойся с миром!
Баязет удержался бы, но Виола – умничка моя обожаемая, налетела сбоку, подхватила его когтями и взмыла в воздух.
Дальше я уже не оглядывалась. Удрать бы без последствий…
Его высочество был без особых церемоний сброшен в воду. У берега, там, где до сих пор охотились драконицы без всадниц.
– Живой? – пригляделась я.
– Таких не угробишь. Остаться с тобой?
Я подумала пару минут.
– Подруги тебе поесть оставят?
– Что, я себе химер не наловлю? Ты для меня важнее.
Я погладила белую чешую.
– Ты для меня тоже. Ты самое лучшее, что со мной случилось за эти годы.
И в ответ пришла волна тепла. Хорошо, когда ты не одна.
Мы приземлились на желтый теплый песок, Виола зарылась в него лапами, почти замурлыкала.
Нравится драконам валяться в песке. Нравится…
А я потом поваляюсь. Тут хорошо, и песок теплый, и морем пахнет…