— Странно, с каких пор наша партия перешла на терроризм? — Ульянов прищурился — Или ты, Яков, выше ЦК нашей партии себя возомнил? Мы пока ждем того момента, когда «низы» не хотят старого и когда «верхи» не могут по-старому, лишь тогда революция сможет победить, а ты левизной увлекся?

— Владимир Ильич! Вы и товарищ Лис надеетесь дождаться этого момента, а я могу со своими друзьями его приблизить. Когда поп Гапон повел толпу к Зимнему, мы все надеялись, что людей расстреляют и в ответ на царское кровопролитие мы сможем раскачать народ и сбросить самодержавие! Но эта сука, царская морда, такой приказ не отдал и как специально принял законы, за которые его почти все готовы на руках носить! Если сейчас царскую семью ликвидировать, то вся царская родня вынуждена будет адекватно ответить. А вот когда прольется кровь рабочих, они плюнут на все и сметут Романовых с трона! Кстати, когда я смогу переговорить со всеми членами ЦК?

Ульянов незаметно поморщился — Сегодня вечером приходи один, нечего привлекать к этой квартире внимание соседей. Они запросто могут доложить в полицию. А пока вот вам адрес, по которому находится общежитие. Заселитесь по вот этой записке — Владимир Ильич набросал короткое письмо коменданту общежития и передал записку — Отдашь коменданту. Все, до вечера!

Отправив боевиков на стройку, где им должны выделить места в общежитии для строителей, Ульянов оставил входную дверь открытой, решив проветрить помещение, наконец-то позволив себе дышать полной грудью.

Вечером у Ильича собрались почти все члены ЦК Мартов, Плеханов, Лис, Тоха, Сокол, Кропоткин, Сталин, Камо, Дзержинский, Красин, Бабушкин, Радченко, Рыков, Урицкий, Зиновьев и Каменев. Появление Свердлова стало для всех сюрпризом — Ульянов не стал предупреждать о приезде еще одного товарища, решив посмотреть на реакцию остальных.

— Товарищи! — поздоровавшись со всеми, Яков перешел в наступление — Я прибыл в Москву не один, со мной два десятка проверенных товарищей, с собой мы привезли револьверы и динамит. Предлагаю вам всем принять участие в устранении царской семьи и их сатрапов. В первую очередь, нового министра МВД Строева.

Тоха при этих словах взглянул на Соколовского, затем на Корсака. Лис прикрыл глаза, Дзержинский, заметивший эти пантомимы, усмехнулся — Якова было уже не спасти, он замахнулся не на тех людей. Ладно бы только царь, но Строев убедил всех, что пока менять лошадь на переправе опасно. Нет никаких предпосылок для революции, возможно удастся забрать власть у императорской семьи мирным путем. А раз так, активность Якова выкопала тому могилу, так он еще с собой и двадцать человек утянет. Сам Дзержинский после обучения в ГРУ закончил академию Генштаба и, отслужив в центральном аппарате контрразведки, теперь получил назначение товарища министра внутренних дел по государственной безопасности. Только эта должность была секретной, впрочем как и вся создаваемая структура и о ней знал совсем ограниченный круг лиц. Да и офис госбезопасности находился на окраине города под вывеской «Скобяные товары». Урицкий и Камо тоже прошли обучение и были назначены начальником Управления контрразведки и начальником оперативного отдела соответственно. Камо отвечал за силовые вопросы решения проблем. Кроме Кобы никто из революционеров об этом не знал, сам Сталин получал заплату на посту Генерального Управляющего аграрного холдинга.

Мартов после окончания горячей речи Свердлова поинтересовался — А что скажет товарищ Ленин?

Лис, который стал подписывать свои статьи под псевдонимом Ленин, развел руками — Я прошу исключить товарища Свердлова из Коммунистической Партии. Этот человек вдруг решил проигнорировать мнение ЦК, притащив динамит в новую столицу и единолично решив заняться терроризмом.

Через десять минут лишенный партбилета. Свердлов вышел на улицу и потер виски — Как же так! Его инициатива не нашла поддержки у товарищей, которые единогласно проголосовали за его отторжение от общества. Яков шел, не оглядываясь, а за ним шли Тоха и Сокол, которым поручено устранить проблему. Сзади по шее нанес удар Сокол, а Тоха сунул в печень Свердлову ржавую заточку, провернув ее пару раз, стерев пальчики платком.

— Идем скорее, нам еще его дружков зачищать. Представим все поножовщиной после пьянки.

Строев решил ударить англичанам по их деньгам. Для выполнения задуманного сформированная из выпускников «молодогвардейцев» офицерская рота спецназа ГРУ под командованием Хана и Балды была отправлена из Севастополя в Египет на арендованном корабле под чужим флагом, переоборудованном для морских диверсантов и с полным оборудованием на борту.

Пройдя Суэцкий канал, судно встало в порту Суэца. Своей очереди на проход ожидал немецкий броненосец «Верт», у которого котлы практически выработали свой ресурс и корабль двигался на ремонт с минимумом команды на борту, достаточной лишь для прохода броненосца в Александрию, где его ожидали новые котлы.

С наступлением темноты к «Верту» на надувных лодках подошла группа захвата. Один из бойцов с помощью вакуумных присосок поднялся на первую палубу и сбросил вниз пару веревок с навязанными по всей длине узлами, закрепив их к леерам, по которым вверх как тени скользили одетые в черное бойцы. Балда с двумя ножами двинулся в сторону парочки часовых, благодаря мягким мокасинам передвигался совершенно бесшумно. Немцы курили и о чем-то тихо шептались, посмеиваясь время от времени. Появление Балды, чбе лицо пересекали черные полосы, на минуту ввело в ступор часовых, а через мгновение оба ножа вошли им под кадыки. Балда плавно переместился, перехватив винтовки, тела упали и, вытаскивая клинки, Балда присел и оглянулся — опасности не было и он двинулся дальше. Его задачей был захват боевой рубки. Бойцы разбежались по кораблю, разбившись на пары. Действия спецназа были отточенными — они прошли практику захвата кораблей на черноморском флоте. Экипаж был заперт в своих казарменных помещениях. Первый помощник капитана, которому доверили броненосец на перемещение к александрийской верфи и пятеро офицеров согласились в обмен на жизнь выполнить все требования французов, под которых «косили» диверсанты, общаясь на отличном французском.

Утром броненосцу дали «зеленый свет» и он вслед за тремя сухогрузами вошел в канал. Проходя Эль-Кантара, носовые противоминные орудия «Верта» открыли огонь по идущим впереди сухогрузам, а из кормовых орудий — по двум угольщикам, следуемым в кильватере. Дождавшись затопления этих кораблей, Хан отдал приказ и немцы развернули свой корабль поперек канала. Вся немецкая команда погрузилась на шлюпки и направились к восточному берегу, а диверсанты, заложив заряды на кингстонах, на своих надувных лодках — к западному, где их ждали нанятые арабы с верблюдами. Переодевшись в дишдаш, бойцы разделились, десять человек с грузом взрывчатки до Каира, а основная группа добралась до Суэца и, свернув шеи проводникам, прикопали их и, дождавшись сумерек, добрались до своего судна и погрузились на его борт. Балда со своими головорезами должен был устроить диверсию на железнодорожной станции Каира, на которую приходили грузы из порта Александрии, а затем вернуться на борт судна, цель которого — берега Индии.