– Ну хорошо, – кивнула Флинн. – Ты с ним встречался, а не мы.

Вот в чем заключался один из главных плюсов Флинн как детектива-инспектора: она никогда не контролировала детали и не сомневалась в них. У нее была команда, которой она могла доверять, и Флинн ей доверяла.

– Тогда скажите, что, по-вашему, произошло.

– Они спланировали это вместе, – сказал По.

– Я согласна, инспектор Стефани Флинн.

Флинн надолго задумалась.

– Ну что за сраный беспорядок, – наконец выдала она.

– Соглашусь, инспектор Стефани Флинн, это… странный беспорядок.

– Что вам нужно? – спросила Флинн.

– Полные досье на Джареда и Элизабет Китон, – ответил По.

– Разве на Джареда не составили досье шесть лет назад?

– Не тот, кто понимал, что делает.

– Справедливо.

– Это должна быть информация для анализа онлайн.

– Еще что?

– Мне нужно, чтобы Тилли осталась здесь.

К его удивлению, Флинн согласилась. К его еще большему удивлению, она не предложила приехать сама. Он был ее другом, и у него были проблемы – он ожидал, что она приедет первым поездом. Что, черт возьми, с ней творилось?

– Еще нам нужны записи о пребывании Китона в тюрьме, – добавил По. – Об этом мы знаем очень мало. Не знаем, кто его навещал, кто с ним работал. Даже в каких тюрьмах он сидел, не считая Даремской.

Флинн сделала пометку.

– Сегодня же с этим разберусь. Что-нибудь еще?

– Мне понадобится специальное разрешение на доступ к определенным базам данных, инспектор Стефани Флинн, – вставила Брэдшоу.

– Пришлите мне список, когда он у вас будет, – попросила Флинн. – Чем вы дальше собираетесь заняться?

– Базовой полицейской работой, босс. Разработаем стратегию ОДУ и начнем собирать информацию.

В тот момент они вряд ли могли сделать что-то еще. Стратегия ОДУ – Отследить, Допросить, Устранить – лежит в основе всего, что делают детективы. Определить и найти тех, с кем нужно поговорить, постараться выяснить как можно больше, а потом решить, полезна ли эта информация. И как круги на воде, запросы ОДУ неизбежно порождают новые запросы ОДУ.

Флинн одобрительно кивнула.

– Тилли, что тебе нужно на данный момент, кроме тюремных архивов и доступа к базе данных?

Брэдшоу покачала головой:

– Я доверяю По, инспектор Стефани Флинн. Он будет знать, что делать, когда мы начнем.

– Я тоже так думаю, Тилли. В общем, вот что я скажу вам двоим. Я сейчас не могу уехать из Хэмпшира, так что вам придется работать без меня. И, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, не делайте ничего, что может подставить меня или наш отдел.

Какое-то время все молчали, потом По спросил:

– Почему вы посмотрели на меня, когда это сказали?

Флинн фыркнула.

– Ты, черт возьми, знаешь почему, По. – Она наклонилась вперед, нажала кнопку, и на экране ноутбука Брэдшоу вновь появился логотип отдела.

Флинн всегда держала слово. Не прошло и получаса, как на почту Брэдшоу начали приходить сжатые файлы. Записи всех отделов тюремной службы, всех тюрем, куда отправили Китона. Еще была ссылка на некую компьютерную программу под названием Т-НОМИС. Судя по всему, это была Национальная информационная система по борьбе с правонарушителями, действующая база данных, которой пользовались как тюремная служба, так и служба пробации. По словам Брэдшоу, которая, похоже, знала все аббревиатуры в системе уголовного правосудия, буква «Т» означала тюрьму.

Включив принтер, она принялась скармливать ему бумагу стопка за стопкой, а По тем временем занялся обедом. Он мало что знал о чечевице Пюи, но предположил, что из нее получится приличный дал. Поставив ее вариться, он добавил немного специй, отрезал себе два куска белого хлеба, а Брэдшоу – два куска так называемого хлеба из полбы, взял кувшин с холодной водой, вынес все это на улицу и полной грудью вдохнул свежий воздух.

Прищурившись, он посмотрел вверх. Солнце было кукурузно-желтым, и единственным пятном на кремниево-голубом небе был одинокий шрам от следа самолета. Несмотря на предупреждения, похоже, ураган «Венди» пока не собирался к ним в гости.

И было жарко. Слишком жарко для овец. Животные нордической породы, возникшей тысячу лет назад, ушли туда, где попрохладнее. Тут жевать было нечего: трава от солнца стала бледной и чахлой, вереск – серым и ломким. От такой пищи мяса не нагуляешь.

Но болота были завораживающе красивы. Красивы и бесконечны. Эдгар мог целую неделю тут носиться, и По не потерял бы его из виду. Единственным признаком, что когда-то здесь жили люди, была гранитная сеть каменных серых стен.

Заметив какое-то движение, По схватил бинокль, лежавший в бардачке квадроцикла, и присмотрелся, но это был всего лишь бортовой грузовик, выезжающий из карьера. Он был полностью загружен, и По задумался, куда он везет камни – точно такие же, как те, из которых построен был Хердвик-Крофт, а еще вокзал Сент-Панкрас и Мемориал Альберта. Было отчего гордо выпятить грудь, ощущая связь с наследием страны!