Видео из библиотеки мало что показало. Хорошее изображение, но без звука. Девушка вошла в библиотеку, помялась, будто набираясь смелости, а потом приблизилась к столу, где сидел скучающий полицейский в униформе.

По вынужден был отдать ей должное: она действительно была очень похожа на Элизабет Китон. Жутко худая и столь же жутко грязная, но сходство все равно поражало воображение.

Сев, она что-то сказала. Видимо, назвала свое имя, поскольку полицейский отреагировал немедленно. Он потянулся к рации, что-то в нее произнес, после чего обогнул стол и стал утешать посетительницу. Что-то кому-то крикнул, и пару минут спустя женщина средних лет принесла чашку чая и тарелку с печеньем. Полицейский дал ей знак оставить их наедине.

Девушка не притронулась ни к чашке, ни к тарелке. В следующие полчаса не происходило ничего, но у По не было соблазна перемотать вперед. Полицейский и девушка молчали.

По просмотрел записи, которые сделал констебль Олсоп. Он был сильно взволнован и торопился, но постарался дать представление о том, что произошло. Она назвалась Элизабет Китон, и с этого момента он начал относиться к ней как к потерпевшей. Позвонил сержанту, и тот велел не отходить от Элизабет, не приставать с расспросами, но записывать все, что она скажет. И ждать помощи.

Она прибыла в лице двух детективов. Одним из них оказался Ригг. Неудивительно, что он был так зол – его с самого начала в это втянули. Какое-то время Ригг и другой детектив посидели с Элизабет, а потом вывели ее из библиотеки.

По открыл другой файл, под названием «Полицейские допросы». Здесь было три видео. Видеоштамп указывал, что допросы проходили в полицейском участке Пенрита. Качество было хорошее – допустимое в суде – и По уселся наблюдать, как разворачивается история.

На первом допросе девушка была в той же одежде, в которой пришла в библиотеку Олстона. По был удивлен, что ей не выдали одноразовую защитную одежду, хотя если ей были неприятны прикосновения, раздеться перед незнакомцем для нее, наверное, было бы еще труднее. Несмотря на летнюю жару, ее шерстяная шапка была туго натянута на голову. Она прижала подбородок к груди, обеими руками обвила туловище. Вид у нее был испуганный.

Ригг, несмотря на всю свою прежнюю резкость, знал, что делал. Он был чуток, но сосредоточен. Когда девушка отклонилась от темы, он мягко, но настойчиво вернул разговор в нужное ему русло. За час он получил ответы на общие вопросы. Подробности были в следующем. Первый допрос всегда касался самого основного.

Она описала им ночь, когда ее похитили. Преступник вошел на кухню из ресторана. Она удивилась, но не испугалась. У них бывали случаи, когда посетитель, перебрав с вином, засыпал в туалете и потом не понимал, где находится. После недолгой борьбы он связал ее веревкой для мяса, и дальше все было так, как описал Ригг: мужчина набрал в сотейник немного ее крови, разлил по всей комнате и как следует протер.

Потом он отвел ее к фургону и затолкал в кузов. Что-то приложил к ее лицу, и она очнулась в подземном помещении – кажется, подвале, но не была в этом уверена.

Этот разговор подорвал силы девушки, и Ригг справедливо настоял на том, чтобы все сделали перерыв. Камеру выключать не стали, и По продолжал смотреть – ему хотелось увидеть все. Девушка сидела, глядя в пространство, почти двадцать минут. И не шевелилась.

В конце концов допрос возобновился. Теперь вопросы Ригга касались похитителя. Кажется, сказала девушка, он раньше не обедал в «Сливе и терне». Она дала описание, по которому позже должны были составить фоторобот, а потом описала следующие шесть лет. Конечно, они были просто чудовищны.

В первое утро в плену она проснулась, охваченная непонятным смутным желанием. Когда вошел посетитель и внес еду и шприц с иглой, она потянулась к шприцу, инстинктивно чувствуя, что ей нужно именно это. Вот как ее подсадили на наркотики. Вот как он ее контролировал. Вот как добивался всего, чего хотел.

Сделай, что я тебе говорю, и получишь шприц. Брось мне вызов и ничего не получишь…

На этом моменте она расплакалась. Допрос приостановили и вызвали судмедэксперта. По сверился с материалами дела: ее звали Фелисити Джейкман, и она была на дежурстве, когда девушка прибыла в полицейский участок Пенрита. На вид Джейкман было около сорока, и у нее был серьезный и обеспокоенный вид, свойственный всем врачам. Она проверила жизненно важные показатели девушки: пульс, артериальное давление и температуру и объявила допрос оконченным, сказав, что отправляет девушку в больницу для полного медицинского обследования. Ригг согласился. Он смотрел в камеру, и его нервозность была ощутимой. Казалось очевидным, что он поверил ее истории.

И По, честно говоря, тоже.

Следующее видео было записано тем же вечером, но позже. Допрос тоже вел Ригг. Судмедэксперты не присутствовали, но девушке напомнили, что в случае необходимости они всегда могут подъехать. Для видео Ригг объяснил, что девушка так и не посетила больницу. Она отказалась покинуть полицейский участок, поскольку еще не чувствовала себя в безопасности. В качестве компромисса судмедэксперты осмотрели девушку на месте.

Она продолжила свой рассказ. Шесть лет ее заключения были описаны ровным, безжизненным тоном. Слушать было тяжело. Когда она закончила, Ригг благоразумно сделал еще один перерыв.

После этого она рассказала, как ей удалось сбежать. Эта история вызвала больше вопросов, чем ответов. Визиты похитителя по необъяснимым причинам прекратились, и через четыре дня, когда тяга к наркотикам вынудила ее действовать, она наконец выломала дверь и сбежала. Она была в пустом доме посреди какой-то холмистой местности.

Она шла всю ночь, держась подальше от дорог на случай, если похититель вернется и будет искать ее. Как ей показалось, она прошла больше пятнадцати километров, прежде чем наконец рассвело и она поняла, где находится. Она увидела указатели на деревню Олстон и вспомнила, что приезжала туда в детстве и запомнила полицейский участок. Когда она спросила, как туда пройти, ей рассказали, что он закрылся много лет назад, но ей повезло: была четвертая среда месяца…