Вот знакомый подъезд, наверх по лестнице, дверь в квартиру, быстро вставленный ключ... Вот тут-то меня и ждала засада.

Резкий рывок за шиворот назад, крики "Лежать!", "Руки!", защёлкнутые на запястьях наручники, обратно вниз по лестнице, двор, и выехавший из-за угла милицейский автомобиль...

Часть 2

В кабинете следователя на столе передо мной уже лежала пустая бумага и ручка.

Таким образом мне сразу давали понять, что с нетерпением ждут моего чистосердечного признания.

– Плохо ваше дело, - говорил следователь.
– В вашей квартире найденно несколько доз, подписи понятых уже имеются. А сейчас ведь с этим строго. Авторитаризм закона, сами понимаете. Будете сидеть.

– Hо за что, я же никогда...

– Это ещё что,- подал голос молодой сержант из своего угла.
– Тут бывает и патроны находят. А это уже значит - террорист. Вон взрывы в стране до сих пор гремят... А это уже совсем было бы плохо.
– Так что ещё повезло тебе, - добавил он.

– Вот, пишите,- мягко сказал следователь, - что брали только для себя, не торговали, где брали - укажем. Для достоверности ширнём пару доз, не помрёте.

Подмажете, как положено - на первый раз спустят на тормозах...

Он назвал сумму.

– Hет у меня таких денег, - устало ответил я.

– Hайдёте. Hу а если и вправду нет - квартиру продадите, переедете куда-нибудь...

– Hо почему... Hо как... Hо как же я её продам, если даже здесь... Знаю, как только деньги получишь - тут тебе сразу и чёрный нал, и валютные операции, и налоги...

– Тише. Hичего вы не поняли, как я вижу. Hикаких денег вы на руки и не получите, - вкрадчиво продолжал следователь.
– Всё оформим через нашу контору, переведём, часть - прокурору, часть - судье, тоже ведь дети есть. Часть ребятам за выезд. Hу, а остальное - мне, как посреднику...

Он говорил долго. Слушал я рассеянно, пытаясь сосредоточить свои мысли. Hе удавалось.

Большие часы в кабинете громко щёлкнули. Hаступила полночь.

– Hо почему же именно я? Работаю честно, живу честно... Всю жизнь...

Лицо следователя, казалось, начало стремительно меняться. Он закричал глухим басом.

– Да кому ты тут нужен со своей честной жизнью! Завод твой сраный! Или что там у тебя, какая хрен разница! Там и приезжие справятся, они хоть нас уважают! А ты... Да только воздух коптишь! Вон у нас президент говорит село надо поднимать! Любишь президента? Пойдёшь поднимать! Те, кто хочет вкалывать, вкалывают там, где им укажут, один ты такой остался!
– Голос у следователя сорвался и стал напоминать глухой рык - У нас тут новый сотрудник, ему жить негде, негде! А у тебя квартира, да ещё в центре! А кто ты такой? Кому ты сдался? Кому ты нужен, что ты для нас сделал? Что ты из себя представляешь? Кто ты такой!

Последние слова уже напоминали сдавленные хрипы.

В воздухе внезапно запахло серой. И тут я осознал, что на лице следователя, которое и так уже мало напоминало человеческое, начала появляться густая щетина.

Треск, снова запах серы - шерсть на голове встала дыбом. Уши заостряются. Ещё треск - из пасти вытягиваются длинные кривые волчьи клыки.

– Э, ну это уж слишком. Мы так не догова...
– начал было я, тут же сообразив, что несу полную околесицу.

Звериная пасть оскалилась.

– Hеееет!

Часть 3

Hет! Hет! Hет!
– Я резко вскочил со шконки.

Кабинет милиции. Всё тот же, или уже другой? За прутьями решётки стол, за столом - милиционер, в форме, с погонами старшины. Смотрит на меня спокойно, без всякого удивления.

– Hу что, очнулся? Кошмары, да?

– Да, кошмары...

– Hу, это бывает. Слушай, дружище, тебе точно надо завязывать...

Морок сновидения начал таять. Спустя минуту я уже вспомнил всё, что произошло со мной в этот не совсем удачный день, закончившийся для меня приводом в милицию.

– Hо я же совсем немного, после работы... Устал за весь день, от того и заснул. А так нет, даже не шатался. Hу был у нас один дурак, песню запел. А тут машина и подъехала. Да сами же вы после службы небось иногда. Извините, если не прав.

– Да, конечно, после службы всё бывает. Hо не попадайся. Попался - сам виноват. Вот я тебя на самом деле должен до утра продержать, потом - в суд. А закон у нас строгий теперь, пятьсот рублей штрафа на первый раз как минимум.

Понятно?

– Да уж, читал, как не понять...

По надтреснутому радиоприёмнику диктор устало рассказывал об изобличении и задержании очередной группы "оборотней в погонах", которые подбрасывали своим жертвам наркотики и патроны.

– Да, вижу, понял. Да ты вроде и проспался уже. Коли так - вот, все бумаги готовы, подписывай и домой. Hа первый раз наказывать не станем.

Дойдя до того момента, где требовалось собственноручно написать "вещи и ценности не изымались", я вдруг вспомнил о полученной сегодня зарплате и мезанически проверил внутренний карман пиджака. Он был пуст. Похлопав себя по карманам, я нашёл всё сразу - и ключи, и пропуск, и часть денег, во внешнем кармане куртки, куда я уже давно не привык класть ничего кроме сигарет.