— Что так долго? Или старик оказался куда сильнее? — Поинтересовался Ричард.

— Да, эта деменция, любитель по пиздеть…

— Фанатики, они все такие.

Алекс встал с колена, огляделся и сказал:

— Согласен.

30 июля 2063 года.

— Они говорили мне, что должен быть выше, должен быть лучше. Они говорили, что все уже решено, и мне остается только радоваться. Я радовался, ну так мне казалось, тогда… Я уже и забыл когда был рад по-настоящему. Просто понимаешь, каждый пытается увидеть в нас то, чего в нас никогда не было. В этом их ошибка. Они разочаровываются в нас из-за того, что мы не оправдали их ожиданий. Ожиданий, которые они сами себе и понапридумывали… Ты их зеркало, то, что в себе они не смогли реализовать, а это то, что пытались в них реализовать другие, и так далее. А я был счастлив, пусть не много, но был. Мужество это не то, когда ты кидаешься на заведомо сильного противника, а то, когда ты понимаешь, что он не стоит твоих сил. Мужество, это когда даже в самой дерьмовой ситуации, ты сохраняешь самообладание. И я хочу, чтобы ты меня сейчас правильно понял.

Алекс встал и подошел к двери. Прежде чем выключить свет, он снова посмотрел на Айба, и добавил:

— Мы все здесь кого-то потеряли, и я надеюсь, что в тот момент, ты поймешь мои слова правильно.

Он вышел, закрыв за собой дверь. Айбл же смотрел в потолок, и переваривал диалог, пытаясь понять, что он мог значить. Взглядом он рисовал на потолке фигуры, то и дело, что отводя его на часы, которые показывали второй час ночи. Спать ему не хотелось, состояние более чем нормализовалось, но он понимал, что завтра легче не будет, и что эта ночь прелюдия к событиям, которые только начинаются. Событиям, которые он не может себе представить, или просто не хотел представлять.

Алекс внушал ему не доверие, он боялся, что с ним может что-то произойти. Для чего он сделал это, если не хотел зла, и вообще, зачем все это. Айб догадывался о том, что все это неспроста, хотя и версия о том, что Алексу делать нечего, тоже не покидала головы.

Закрыв на минуту глаза, он вывел досье на своего отца. Оно было у него с самого начала. Ему было не по себе, он не хотел узнать того, с чем не захочет жить. Но Айб отдавал себе отчет о том, что за последнее время, он узнал более чем предостаточно, и еще одни откровения, его навряд ли удивят.

Перед глазами было фото отца, в спецовке агентов ARMDEC. Справа появлялся текст с датами. Он читал все около часа, может меньше, с каждой строчкой пытаясь понять, кем был его отец. Ричард Уайт был участником первой корпоративной войны, второй, он был замешан в свержении власти на Кубе, после чего остров стал принадлежать исключительно корпорации. В характеристиках было сказано, что уровень отца был одним из высоких, но двадцать лет назад он стал снижаться. В досье было сказано, что он родом из Нью-Йорка, а о прошлом до вступления в ряды агентов, было сказано, что он вел бродяжнический образ жизни.

Айб задумался о том, что вне шестого проспекта о тебе могут знать все, и знать абсолютно всё. Он понял, что, скорее всего, скрываться не имеет какого либо смысла, и что раз попав в систему, оттуда уже не выйдешь.

Думая обо всем происходящем, и о том, что он узнал, Айб не заметил как уснул. Будильник звенел в семь утра, в восемь, и в девять. Проснулся же он в половине одиннадцатого утра.

В коридоре его встретил Ник, который похлопал Айба по плечу и пошел дальше. Айбл остановился, и чуть повысив голос — спросил:

— А, что там с Кидом? Когда мы будем у него узнавать информацию? Несколько дней прошло.

Ник остановился, и развернулся.

— Да, Лидия его сильно приложила, что у того пошло сотрясение мозга. Сейчас отойдет, и узнаем все. К тому же торопиться пока не стоит, пусть все уляжется.

— Это ведь один из главных инженеров компании, думаешь все уляжется?

— Да, почему нет? Незаменимых не существует, особенно если говорить про корпорации. Они уже знают, что он расскажет нам все, поэтому я уверен, что он уже заменен.

— Понятно… — Опустив голову, произнес Айб.

Ник пошел дальше по коридору, а Айбл вышел в помещение с несколькими столами, холодильником, плитой, шкафами, и прочей столовой утварью.

В комнате находилась Лидия, что пыталась нарезать хлеб катаной. Увидев Айба, она улыбнулась и вытянула катану вперед.

— Минуту! Скоро поедим! — Радостно выкрикивала Лидия.

Айбл подошел ближе, и уставился на то, как хлеб разлетается по сторонам.

— Тебе не кажется, что ножом было бы проще? — Задал логичный вопрос Айб.

— Люблю кровь врагов по утрам! Бодрит!

— В таком случае лучше уж кровь девственниц… — Разворачиваясь, попытался пошутить Айб.

— У нас таких нет, а если и есть, то не здесь.

Айб присел за дальний стол, и положил руки на голову. Через минуту на стол прилетела тарелка с бутербродом на рвано порезанном куске хлеба. Он поднял голову, а девушка, стоя у холодильника с нелепой улыбкой указывала на напитки. Айб помахал головой, и решил налить себе воды.

Лидия села напротив, и с каким-то интересом наблюдала за тем, как Айб поглощал еду. Ему это не особо нравилось, он чувствовал дискомфорт. Ее интерес не носил гастрономический характер, Айб это понимал, этот глупый, наивный, детский взгляд. Ему было не по себе, всем своим видом он показывал недовольство. Она же продолжала также непонятно смотреть на него, словно ожидая чего-то сверхъестественного. В конечном итоге не выдержав это, Айб поднял взгляд и спросил: