Возьми метлу, вмажь Морозову по затылку! Легко! Нас двое! Но как-то… и не хочется даже. И незачем. И шоркаешь…

И шоркаешь… и водичку пьёшь… и шоркаешь…

И…

Бум.

Внезапно я натыкаюсь на кого-то спиной. Именно кого-то, потому что я слышал шаги, но подумал, что это Макс или Морозов. Но я оборачиваюсь и, задрав голову… чуть не роняю метлу.

— З-здрасте…

Высокий и мускулистый чёрный мужик, у которого лицо под череп изрисовано. В шляпе огромной, и в костюме чёрном! Шляпа ему как раз. От него пахло сигаретами и алкоголем.

Он молча на меня посмотрел, выпучив свои негритянские глаза, а потом как заорёт!

— Это он! Это реально! — указал он на меня.

Я дёрнулся. Автоматом лезу в карман, где лежало два телефона. Я нащупываю кнопочный, зажимаю среднюю кнопку, чувствую вибрацию и ставлю палец на кнопку звонка. Всё. Одно нажатие — и сигнал улетит всей родне. Это мама так сделала!

— Ой, прости, я тебя испугал, да? — голос у него низкий, басистый, — Не какайся, я не хотел! Я просто… просто хочу сказать тебе спасибо!

Оглядываюсь. Где охрана, алё? Почему огромный негр в цилиндре пристаёт к детям?

Или это ОН что-то с охраной сделал? Тогда совсем плохо!

— За что?.., — снова задираю голову.

— Так ты же крутой чувак! Я вообще не верил в твоё существование! Как в лепрекона! А ты… вот прям настоящий! Злость и похоть, разврат и драки! Да это чертовски, парень, круто, ха-ха!

— Вы кто?..

— Барон Суббота! Покровитель детей, драк и безудержной любви!

— А чё не… Граф Понедельник.

— Так, пиздюк, многовато умничаешь для сопливого.

Я шмыгнул носом.

Слышу, как подходят Максим и Леонид. Они молча смотрят на незнакомца, а потом на меня, будто я понимаю, что тут происходит.

А я не понимаю.

— Ой, а вы его друзья? — мужик поправляет цилиндр, — Парни, а может вы что-нибудь хотите? Может вам как-то помочь?

— Мама говорит не общаться с незнакомцами! — вклинился Макс, — И конфеты от вас не брать, и не идти с вами.

— Разумно, — кивнул барон, — Может вам от снега расчистить? Вот так.

Он щёлкает пальцами, и всё вокруг моментально тает! Будто асфальт нагрелся, а влага моментально испарилась! Будто лето сейчас!

— О-о-о! — мы впечатлились.

— Ха-ха, здорово, правда? Так, ладно, где у вас красивые старшеклассницы?

— Тама, — показываем на старший блок.

— Спасибо, друзья! Раз уж вы такие молодцы, то я вам вот что скажу. Только по секрету! — он присаживается и приставляет палец к своим белым раскрашенным под зубы губам, — Вон там, за углом… будут бить ребёнка. Если сейчас помолчите, то услышите. Что с этим делать — решайте сами, — он поднимается, — Ну а я пошёл. Приятно было повидаться! Ещё обязательно увидимся, сорванцы! Нравитесь вы мне. Морды у вас… криминальные.

И поправив жилетку, он с довольной лыбой пошёл в сторону старшего блока. Хруст снега под его ногами утих, а мы замерли и перестали дышать.

Секунда… две…

Обманул?

Нет.

Я слышу шорох.

— Вроде ничего, — бубнит Макс, — Слышите?

— Да нагнал он, — Морозов впервые что-то сказал, — Сумасшед…

— Тс! — резко зашипел я и махнул рукой, начиная очень тихо шагать.

Парни переглянулись. Макс пошёл первым. Леонид же, видимо идею, не оценив… тоже пошёл.

Чем ближе был угол — тем отчётливее становился шорох. Голоса. В какой-то момент их услышали и парни, а я… вновь почуял запах мяса.

Мы выглядываем из-за угла и видим картину. Щуплый парень в очках жмётся к стене. Он натурально трясётся, его шапка валяется на земле! А перед ним другой чувак, куда больше, увереннее и судя по голосу старше.

Это был старшеклассник и среднеклассник. Сто процентов.

— Что там своим друзьям говорил, м? — спрашивал старший, — Как ты меня там назвал?!

— Да ты задолбал! — голос младшего дрожал, — Отстань от меня!

— Ой-ой, ну давай, заплачь. Побеги к папочке, чтобы он снова мне выговор сделал! И потом днями сиди в своём компьютере, задрот очкастый!

Смотрю на цвет их волос. Одинаковый.

Понятно. Они и вовсе братья.

Бах! Пощёчина!

Со среднеклассника слетают очки и он, замерев от шока, прикладывает руку к щеке. По лицу видно, что он не поверил. Он не ожидал. Его брат… его родной брат дал ему пощёчину!

Дыхание младшего ускорилось, он сжал кулаки, и с криком бросился в ответ! Не вышло — старший отходит, уклоняется, и бьёт ему в солнечное сплетение!