— Оставайся в машине, Маттео Белланди, — выплюнула она ему. Он просто улыбнулся в ответ своей жене, а Шрам шагнул вперед и положил руку мне на плечо.

— Вы в порядке, Мара? — Спросил он. Я кивнула ему в ответ, глядя в его смехотворно высокое лицо. — Хорошо. Я отвезу вас обеих обратно в поместье Белланди. Вашим мужья нужно кое с чем разобраться. — Он посмотрел туда, где Эмилио стоял с нападавшим.

— Лино? — спросила я, повернувшись, чтобы посмотреть на него, но его лицо превратилось в безжалостного человека, каким, как я знала, он должен был стать, чтобы пережить ночь.

— Иди со Шрамом, vita mia. Я должен знать, что ты в безопасности. Нигде не может быть безопаснее, чем у Маттео.

— Но…

— Просто сделай это для меня, Голубка, — прошептал он, и мне ничего не оставалось, как кивнуть, несмотря на напряжение в его голосе. Его губы коснулись моих, слишком быстро.

— Будь осторожен, — прошептала я, и он кивнул. Когда Айвори взяла меня за руку и повела прочь, они со Шрамом обменялись тяжелым взглядом.

Мне не нужно было быть мужчиной, чтобы понять, что это значит.

Если бы со мной что-нибудь случилось, Лино включил бы Шрама в буйство, которое, как я подозревала, он собирался устроить.

Глава 29

Лино

— Засунь его в гребаный багажник, — прорычал я, как только женщины вышли из здания.

— Полегче, — попытался успокоить меня Маттео, но я был не в силах успокоиться. — Райкер все еще выслеживает Коннора. Мы можем вытащить его, но…

— Не нужно. Я справлюсь. — Его глаза расширились, и он посмотрел вниз, где мои руки были сжаты в кулаки. Кивнув Джорджио, мужчина подошёл к Эмилио, и они вдвоем подняли парня с ног, чтобы вынести его на улицу.

— Мы справимся, — ответил Маттео, хлопнув меня по плечу. По ярости, вспыхнувшей в его проницательных голубых глазах, я понял, что он помнит, что чувствовал, когда похитили Айвори. Понял, что он помнил, как сильно он боролся с тем, что ему не позволили заставить ублюдка истекать кровью и страдать целую вечность. Он не откажет мне в такой же жажде мести, которая расползалась по моему телу подобно смертельному токсину, который будет проникать в каждую часть моей жизни, пока я не смогу выпустить его. — Никто не трогает наших женщин.

— Никто, — буркнул я, и мы бок о бок направились к Аston.

Поездка до склада была быстрой, как из-за расстояния, так и из-за манеры вождения Маттео. Без Айвори в машине в качестве драгоценного груза, он выжимал ее до предела, пока мы не достигли худшей части города. Единственные люди, которые приезжали в эту часть города, знали, что лучше не совать свой нос куда не следует, поэтому, когда мы подъехали к Джорджио и Эмилио, вытаскивающим нападавшего на Самару из багажника, мы ничего об этом не думали.

Никто не увидит. Никому не будет дела.

Мы просто выносили мусор, так как он не уйдёт со склада живым.

— В холодильник, — приказал я, и двое мужчин затащили его внутрь. Стул с веревками в центре комнаты был подготовлен для нас, любезно предоставленный нашим дотошным мучителем.

— Ты поставил меня в невыгодное положение, — протянул Маттео, пока мужчину связывали. Он пошел за инструментами Райкера, ласково перебирая лезвия. — Мой постоянный психопат сегодня занят, так что, полагаю, тебе придется довольствоваться нами.

Мужчина не ответил, с презрением глядя на Эмилио. Я подошел к Маттео, взял кувалду с пола рядом со столом и взвесил ее в руках. Как только Эмилио и Джорджио отступили, я подошел и со всей силы замахнулся.

Хруст его коленной чашечки, разбившейся под силой удара, доставил мне такое удовлетворение, какого я никогда раньше не испытывал.

Я убивал. Я пытал. Я делал то, что должен был делать, чтобы выжить при том, как меня воспитывали, но мне это никогда не нравилось. Но то, как мужчина завыл от боли, пытаясь рухнуть вперед, мне понравилось. Молоток так же легко опустился на другое его колено, вызвав у меня еще один импульс удовлетворения, который одновременно успокаивал меня и заставлял чувствовать себя чудовищем.

Я использовал молоток, чтобы надавить на его в горло, наклонив его назад, чтобы видеть боль в его глазах.

— Ты дотронулся до моей жены, — прорычал я. — Почему?

— Я не знал, кто она такая, клянусь, — захныкал он. Маттео усмехнулся, снимая пиджак и закатывая рукава рубашки.

— Лжец, — мрачно усмехнулся он, обращая своё внимание на мужчину. Маленький нож в его руке идеально подходил для одной и только одной цели. Каким бы маленьким он ни был, лезвие было крупным, и Райкер держал его настолько острым, насколько это было возможно. — Мне отнимать по пальцу за каждую твою ложь? — он спросил.