Шрифт:
Вопрос. А вы уверены, что окупите такие затраты на ПО?
Ответ. Если поставите мне какое-нибудь дерьмо, то не уверен.
Вопрос. Ну почему же – дерьмо? Вы ещё пока не осознали всех преимуществ «ППФ»…
Не знаю, сколько продлились бы эти препирательства, но в разгар дискуссии заседание комиссии неожиданно посетил президент нашего банка.
– Степан Трофимович! – возвестил он с порога. – Гардези, оказывается, у вас… Он мне срочно нужен.
Степан Трофимович вытянулся по струнке и доложил:
– Рассматриваем заявку Гардези на закупку программного обеспечения!
– А чего так долго? – с неудовольствием осведомился президент, усаживаясь за стол рядом со мной.
Управление информационных технологий немедленно использовало момент для подробного и красочного рассказа о том, как мой департамент собирается выбросить пятизначную сумму условных единиц на ветер, в то время как современный софтверный рынок предлагает столь безупречные продукты, как, например, какой-нибудь там «ППФ»… Степан Трофимович одобрительно кивал. Президент, глядя на него, тоже начал благожелательно кивать. Если бы начал кивать я, в зале заседания наступила бы редкостная гармония.
Но я, разумеется, всё испортил.
– Этот ваш «ППФ» – дерьмо, – сообщил я.
– Да что вы всё заладили – дерьмо да дерьмо, – заворчал начальник управления информационных технологий.
– «ППФ» не умеет обрабатывать сделки с фьючерсами в режиме реального времени, – объяснил я. – А «Эргософт» умеет. Да ещё и по каждому клиенту пересчитывает по онлайновым котировкам позицию по срочным контрактам…
– Да бросьте вы, Андрей Викторович, – раздражённо махнул рукой Степан Трофимович. – Это же ерунда! Кому нужны эти ваши фьючерсные забавы?
Я успел только ухмыльнуться в ответ, а спустя секунду президент поднялся и сурово произнёс:
– Предлагаю удовлетворить заявку Гардези. Причём реализуйте её в самые сжатые сроки. Надеюсь, технологическая комиссия учтёт моё мнение, Степан Трофимович?
Степан Трофимович открыл и закрыл рот в наступившей тишине, а потом лишь молча кивнул. Президент кивнул ему в ответ. Теперь и я нашёл уместным с готовностью покивать.
– Андрей Викторович, вы мне нужны, – бросил мне президент, направляясь к выходу. – У нас переговоры через две минуты, нужно успеть кое-что обсудить…
Спеша следом за президентом, я испытал нечто вроде сочувствия к Степану Трофимовичу и его подопечным из управления информационных технологий. Действительно, откуда им было знать, что «фьючерсные забавы» – это вовсе не ерунда и в последнее время к этим забавам пристрастились некоторые очень важные персоны? Разумеется, Степан Трофимович не мог догадаться, что эти VIP-клиенты были бы очень рады попользоваться возможностями «Эргософта». И уж, конечно, ему и в голову не пришло бы, что одним из первых клиентских терминалов «Эргософта» станет компьютер в кабинете президента…
При всех своих недостатках президент нашего банка иногда умеет с ходу принимать взвешенные решения. Был бы стимул.
«Софт-коктейль»
Неожиданное вторжение технологической комиссии на мирную территорию управления информационных технологий началось в полдень.
«Вторжение» – конечно, слово одиозное. Полуденное посещение группой банковских функционеров управления ИТ квалифицировалось как вторжение его жертвами – айтишниками (ну, ещё и мною – как сочувствующим случайным свидетелем). Сами же члены техкома были искренне преисполнены осознанием важности и полезности своей миссии, которая им представлялась чем-то ближе к терминам «ознакомление на месте», «инспекция» и «рабочий визит».
Возглавлял миссию солидный и статный Степан Трофимович, глава техкома. Был он оживлён, выглядел заинтересованным, разговаривал со встречными снисходительно и даже покровительственно. У меня возникло подозрение, что Степан Трофимович невольно подражал не кому-нибудь, а самому президенту банка, который с некоторых пор завёл моду совершать без предупреждения экскурсии по своим владениям. В какой мере Степан Трофимович обладал административным и моральным правом делать так же, оставалось предметом возможной дискуссии, но никто не хотел её затевать – себе дороже…
Айтишники жались к стенам коридоров, юркали в попутные боковые помещения, резко меняли курсы движения – лишь бы не оказаться лицом к лицу со Степаном Трофимовичем и его свитой. Поступать аналогично было, конечно, ниже моего достоинства, и я «попал».
– Андрей Викторович, а вы что здесь делаете? – осведомился Степан Трофимович. Голос и выражение его лица производили впечатление… как бы это сказать… нелюбезной благосклонности. – Ошиблись этажом?
– Никак нет! – бодро отрапортовал я. – Вот, иду пообщаться с компьютерщиками по служебной необходимости…