– Значит на моей раскладушке спит. Дай, я тебя обниму, брат, – Вахтанг крепко притянул Митю к себе. – Я у Ильича, на этой раскладушке три месяца жил, когда меня женщина из квартиры выставила и пока другую не нашел.

– Раскладушку, – не понял Митя.

–Женщину с квартирой, – рассмеялся Вахтанг, – Год назад расписались.

–Я у тебя хотел до завтра, портфельчик оставить свой. Не возражаешь, – Ильич поставил портфель на полку у стены.

– Оставляй конечно. Ничего не пропадет, не волнуйся.

Ильич, открыл портфельчик и вытащив бутылку водки и посмотрел вопросительно на Вахтанга:

– Может по пятьдесят грамм за встречу? Или тебе нельзя на рабочем месте.

– Выпить с друзьями, всегда можно и нужно, – Вахтанг нагнулся под прилавок и достал серебристый поднос, на котором стоял чайник, три небольших стеклянных стаканчиками, пиала с изюмом и поставил его на стул. – Как будто специально дорогих гостей ждал.

Ильич отвинтил пробку и разлил водку.

– За друзей, – поднял свой стаканчик Вахтанг, – Чтобы у них в жизни все было хорошо.

Они, чокнувшись выпили и Вахтанг, налил в стаканчики из чайника еще теплый чай, пододвинул пиалу с изюмом: Кушайте, кушайте.

– Слушай, Вахтанг, – подошел к витрине с сувенирами Ильич, – У тебя, кажется, фляжка продавалась, металлическая.

– Есть фляжки, – Вахтанг нагнулся и вытащил из-под прилавка две плоские фляжки с отчеканенными узорами. – Выбирай любую?

–Тут мы с Митей, собрались на кораблике по Кваскве-реке покататься. Бутылка слишком заметной будет, – Ильич осмотрел фляжки и выбрал побольше, – Вот эта сколько стоит?

– Зачем, ты так Ильич. Ты мне столько хорошего сделал. Это подарок. Не возьмешь обижусь, – категорически замахал руками Вахтанг.

– Спасибо, дорогой, – Ильич протянул фляжку Мити, – Наполни сосуд.

Митя аккуратно перелил часть водки во фляжку и показал бутылку: Тут, еще осталось, может тогда допьем?

– Мне хватит. Еще два часа работать. – отказался Вахтанг. – Вы с собой лучше забирайте. На кораблике прохладно вечером. Будете фляжку пополнять.

Ильич спрятал фляжку во внутренний карман пиджака и они с Митей, взяв с собой упаковку вяленных бананов и пластиковый стаканчик, распрощались с Вахтангом, вышли на улицу.

– Достаточно стемнело, – посмотрел на небо Ильич. – Можно идти в елочки.

Сегодня вечером почему-то много туристических групп шло на площадь и им не сразу удалось уйти незамеченными в елочки. Наконец, выбрав момент, когда никого не было они благополучно, тем же способом, пробрались через проран.

– У нас мало времени осталось, – подойдя к месту у стены, где предположительно находилась табличка космонавта Журбаева, посмотрел на часы Ильич, – Скоро смена караула и сюда могут прийти дежурные. – Он достал из кармана пластиковый стаканчик и протянул Мити, – Налей-ка немного из бутылки.

– А чего ты вообще хочешь, Ильич, – Митя отвинтил пробку и плеснул немного в стаканчик.

– Хочу попробовать вернуть космонавта в наше время. Что-то мне подсказывает, все дело здесь в магических свойствах водки Рассвет, – Ильич сделала шаг вперед и плеснул из стаканчика на стену под табличкой.

Прошло немного времени.

– Никого, – вполголоса произнес Митя. – Слушай, он, кажется, появился после того, как мы с тобой то же выпили. Может и нам стоит накатить?

– Наливай. Ты первый пей.

– А теперь твоя очередь, – Митя выпил и наполнив стаканчик, вернул его Ильичу, – Ты кажется еще какой-то тост вчера произносил.

– Точно. «За покорителей космоса», —произнес Ильич и приподняв стаканчик, выпил.

Прошло минут пять, но никто так и не появился.

– А может это не та табличка, – задумчиво произнес Митя.

– У тебя же фонарик есть на телефоне. Подсвети.

Митя включил фонарик и направив его яркий луч на табличку.

– Я плохо вижу. Ты прочитай, – приказал Ильич.

– Космонавт-испытатель, – стал медленно читать Митя, – генерал-полковник Журбаев.

– Почему генерал-полковник, – удивленно прервал его Ильич, – Он тогда, в шестьдесят восьмом, когда разбился, просто полковником был.

– Тут дата другая стоит, – Митя вплотную подошел к стене, продолжая светить фонариком, – Его в девяносто первом не стало.

–Е-с- с! – вскинул руку, сжатую в кулак, Ильич, – Значит водка рассвет сработала и он, узнав вчера от нас, что произошло, снова вернулся в шестьдесят восьмой, когда действие водки закончилось и успел включить аварийное торможение.