Шрифт:
– Ну и что?
– хмурясь, спросила Лидочка.
– ...люди, как известно, падкие до женщин, а ты имеешь достаточно привлекательную наружность, чтобы...
– Ну что ты говоришь, Владимир!..
...Разговор продолжался в том же духе. Лидочка, нервничая, отвечала на вопрлсы мужа, на все его бесчисленные "что?", "как?" да "почему?".
Наконец Владимир Сергеевич сказал, взглянув на часы: - Ну что ж, на этом пока закончим. Пора завтракать. Иди накрывай на стол.
Лидочка с облегчением вздохнула...
Остальная часть дня прошла в приятных для Лидочки хлопотах. Она сновала по квартире, собирая вещи, а Владимир Сергеевич сидел в своем кабинете - готовил какой-то отчет или доклад. Время от времени он появлялся в гостиной и давал указания: - Как только получишь номер, сразу же позвони мне.
– Обязательно.
– Если меня не окажется на месте, сообщи свой номер телефона секретарше. Я ее предупрежу.
– Хорошо.
– Позже десяти не возвращайся. Я буду звонить каждый вечер.
– Ладно.
– Обязательно веди подробный перечень всех затрат.
– Ага.
Лидочка кивала, обещала, соглашалась. Мыслями она была уже в Москве. Шутка ли сказать, первый раз в столицу!
Потом Владимир Сергеевич пошел в гараж готовить машину к выезду...
Лидочка, одетая, с чемоданом спустилась к нему в гараж. Он все еще ходил вокруг вылизанной до блеска машины, смахивая бархатной тряпочкой невидимые пылинки.
– Скорее, а то опоздаем.
– торопила Лидочка, поглядывая на часы.
– Не опоздаем.
– Полчаса всего осталось!
– Я умею считать время, Лидия, - спокойно отвечал Владимир Сергеевич.
Он сел за руль машины, включил зажигание н стал прогревать мотор.
На вокзал они приехали за десять минут до отправления поезда. Владимир Сергеевич остановил машину у железной изгороди неподалеку от входа на перрон.
– Как видишь, успели вовремя, - сказал он, запирая дверку на ключ.
– Я же говорил, что не ошибаюсь в расчетах никогда.
– Да, да, ты не ошибаешься.
Лидочка была готова во всем соглашаться с мужем, только бы он не тянул резину.
Пришлось, однако, потерять еще минуту, пока Владимир Сергеевич неторопливыми размеренными движениями открывал багажник и добывал оттуда чемодан.
– Я действительно никогда ни в чем не ошибаюсь,продолжал говорить Владимир Сергеевич, шагая вместе с Лидочкой по перрону вокзала.
– И знаешь почему?
– Потому что ты самый умный и организованный.
– Именно так. Если бы все люди на земле умели действовать четко и организованно, не происходило бы и пятой части тех нелепостей, которые творятся сейчас.
– Да, не происходило бы, - сказала Лидочка, скользя взглядом вдоль вагонов.
– Ой, мой, кажется, самый последний. Пойдем побыстрее.
– Она потянула мужа за рукав.
– Можешь не волноваться, Лидия. В нашем распоряжении еще семь минут, отвечал Владимир Сергеевич, не прибавляя ни шагу к своей размеренной поступи.
Нет, это не человек, а какой-то механизм!
А вот и Лидочкин вагон, в самом деле последний. Проводница взяла билет, протянутый Лидочкой, и, сделав отметку в блокноте, вернула.
– Не задерживайтесь, сейчас отправляемся.
Купе, к немалой радости Лидочки, оказалось пустым.
Тускло светил ночник под потолком. За сухими оконными стеклами голубел снег между путями.
– Проверь еще раз, все ли взяла - паспорт, деньги, командировочное удостоверение.
Лидочка покопалась в сумке.
– Кажется, все... Да, все.
– Мои инструкции помнишь?
– Помню...
Лидочка стала быстро перечислять.
– Позвонить тебе на завод, позже десяти не возвращаться, вести учет затрат. Ну, иди уже.
В этот момент под ногами лязгнуло, и голос в репродукторе предложил провожающим покинуть вагон.
– Иди, а то сейчас тронется.
Привстав на цыпочки, она клюнула мужа в холодную щеку. Тот и бровью не повел.
...Лидочка сидела у окна, облокотившись о столик, и смотрела на медленно проплывающий перрон. Владимир Сергеевич, высокий, широкоплечий, некоторое время шел рядом с вагоном, подняв, как на параде, руку. Лидочка тоже помахала ему ладонью.
Стемнело. Поезд быстро набирал ход. Пролетел длинной лентой серый бетонный забор трамвайного депо, мелькнула будка путевого обходчика, потянулись пригородные дома, и вот уже заплясали провода в густой синеве за окном.