Мое возбуждение постепенно улеглось. Печальные мысли роились в голове. Шли дни, но расследование ограбления местной авиа-компании не могло получить логичного завершения! Затягивание времени было только на руку Мессине и Гаэте, являющимися одновременно Смитом и Вессоном. Если американцы их схватят, конечно, наша Сюрте тоже приложит к этому руку, но наручники на них наденут все-таки американцы…

— Вас просят к телефону, — сказал Линдену шериф. — Это ваше представительство в Солт-Лейк-Сити…

Линден взял трубку. Мы все смотрели на него с озабоченным вниманием, в полной тишине, в то время, как он делал какие-то пометки на листке бумаги. Наконец, он положил трубку на рычаг и повернулся к Бейкеру:

— Мне сообщили о мелком и незначительном факте, но, возможно, он прольет некоторый свет. В самолете ребенок нашел ключ, завернутый в бумагу. Он изготовлен в мастерской, делающей замки, которая называется «Хашинг» в Лос-Анджелесе. Ключ входил в поставку отелю «Фламинго» в Вегасе в марте прошлого года. Номер 1217 соответствует замку, врезанному в дверь…

Никто в мире не мог вывести из себя старшего администратора гостиницы. Он был слишком занят; находясь за стеклом, он внимательно просматривал свои журналы регистрации проживающих и подсчитывал количество прибывших и убывших. Неподалеку от главного входа, в конце стойки, консьерж болтал с носильщиками. На выдаче ключей стояла служащая с маленькими глазками-орешками в блузке с узеньким накрахмаленным воротничком.

— Это студентка, которая решила поправить свои дела во время каникул, — предупредил меня шериф.

Путь от Казино Центр до Стрипа показался мне очень долгим. Километры и километры асфальтовой дороги, строящиеся гостиницы, бетономешалки и пустыня. Я пересек холл «Фламинго», взлетел на две ступеньки, выждал момент, когда служащая отпустила всех. По привычке я действовал по наитию, никакой тактики не придерживался, полагался только на случай…

Слева от меня зал был погружен в полутьму. Там находилось огромное количество игральных автоматов, они стояли вплотную друг к другу, их ряды казались нескончаемыми. Каждую десятую долю секунды вспыхивали огоньки, раздавалось позвякивание монет и сумасшедшие звонки. Лопаточки крупье сновали поверх зеленого сукна в свете двух прожекторов, плавающих в дыму. Справа в глубине я заметил место, где хранились деньги, оно было надежно закрыто решетками. Рядом находились кассы с жетонами. Никогда еще я не видел подобного количества машин, призванных порождать мечты и отчаяние, эйфорию удач и несчастья.

Я был французом, у меня был французский акцент и поэтому безо всякой боязни я спросил о моем «друге» Черини, который проживал в 1217-м номере несколько дней тому назад. Мне повезло: ключ от 1217-го висел на доске, чуть выше ящика для почты. Я глуповато улыбнулся в ответ на вопросительный взгляд этой студентки. Протянув руку я сказал: «1217».

Она повернулась, взяла ключ, дала его мне и отвернулась к другому клиенту. Что же делать? Да, не везет тому, кто уверен в удаче. Я не искал удачу. Но ключ-то у меня в руке. Я направился к лифту. В нем уже был пассажир — неуклюжий человек, в брюках для игры в гольф и с тирольской шляпой на голове. Лифт пошел вверх, остановился на девятом этаже, мой спутник вышел, а я нажал кнопку двенадцатого. Некоторое время спустя я вышел в пустой коридор. Нечетные номера находились справа. Перед нужной дверью сердце мое начало биться, я прошел в конец коридора — там никого не было. Вновь вернулся, приложил ухо к двери и ничего не услышал. Пальцем нажал на звонок, в комнате раздался его голос: «динь дон». Меня пробрала дрожь, когда я увидел, что коридорный вырос позади меня.

— Я думаю, что господин, живущий здесь, вышел, — сказал он.

— Да нет, он вернулся, я слышу его шаги.

Коридорный ушел. Он еле переставлял ноги и наконец-то скрылся в конце коридора. Как только он исчез, я вставил ключ в скважину. Дверь открылась, я вошел и быстро закрыл ее на замок. Перевел дух. Быстрый осмотр выявил наличие чемодана в платяном шкафу, крема для бритья и нескольких флаконов в ванной комнате. Другой чемодан лежал на пуфике слева от входа. Я был удивлен, обнаружив там ножовку по металлу и второй экземпляр контракта о взятии напрокат автомобиля на имя Тони Зампы, директора фирмы. Адрес: Бруклин авеню, 4-а дом 256. Пункт проката в Санта-Фэ, конец маршрута — Лас-Вегас.

Я услышал голоса в коридоре. Если они идут в 1217-й, то я пропал. За окном далеко внизу поблескивал бассейн. Этого мне еще не хватало: Борниш задержан за ограбление со взломом! Я уже слышал голос Толстяка: «Вы знаете, господин директор, этот Борниш всегда попадает в глупые ситуации!» Адрес контракта, который лежал в чемодане, соответствовал «Кардиелло Таверн»! Щеки мои горели. Я взял след Мессины! Шаги в коридоре удалялись. До меня доносились невнятные голоса.

В голову пришла мысль: Бейкер и шериф ждут меня в баре «Тропикана» и я их позову на помощь. Они последят за коридором, пока я спокойно обыщу номер и предупредят меня о появлении Зампы. Нет, так не годится, если Зампа увидит, что на доске внизу отсутствует ключ, он никогда не поднимется к себе в номер. Нужно вернуть ключ на место. Я спустился вниз и как ни в чем не бывало бросил ключ в ящичек под окошком регистрации.

Бейкер и шериф заканчивали по второму бурбону, когда я вернулся в бар «Тропикана». Расположившись за круглым столом, каждый из них читал журнал. Шериф решительно не расставался со своей шляпой… Для этого человека она была непременным атрибутом! Он думал, что в этой шляпе неузнаваем. Я упал на стул, стоявший рядом. Бейкер поднял стакан до уровня глаз:

— Ну что, нашли что-нибудь?

— Гм… контракт на аренду автомобиля и ножовку по металлу.

— Ножовку по металлу?

Я утвердительно кивнул головой.