Ванька дождался, пока я оденусь, и мы вышли из пристройки на улицу. Вчера было мало времени оглядеться, сейчас же в моих планах первым пунктом значилось — провести разведку на местности, чтоб разобраться до конца в том, как я могу использовать это место на свое благо.

— Так… Сейчас завтракают кадеты, нам пока нельзя. Думаю, давай-ка сначала займемся делами, а потом, через пару часиков заскочим к тетке Марье. Она нас покормит.

Пару часиков?! Мой желудок возмущенно заурчал. Так-то не ел со вчерашнего дня. Может, идиоту не нужно нормально питаться, а вот я в этом точно нуждаюсь.

— Роберт! Как я рада тебя видеть! Вот ведь совпадение! Шла именно за тобой.

Мы с пацаном одновременно замерли. При этом оба стояли столбом и таращились на молодую женщину, которая по дорожке, идущей от главного корпуса к пристройке, легкой, летящей походкой двигалась в нашу сторону.

Она шла, широко раскинув руки, и сдаётся мне, собиралась обнять кого-то одного из нас. Парня зовут Иваном. Точно не похоже на Роберта. Выходит, по всем законам логики, Роберт — это я? Нет, свое собственное имя прекрасно знаю. Вопрос в другом. Получается, после перерождения бастарда назвали точно так же? Какое интересное совпадение.

Но имя — лишь малая часть того, что заставило меня застыть на месте и глупо таращиться на приближающуюся особу. Причина моего изумления по большей части была в другом.

С абсолютно счастливым лицом, довольная, будто ей только что пару десятков душ отсыпали, по дорожке топала красивая блондинка, с голубыми, как небо глазами. Блондинка, до ужаса похожая на валькирию.

— Роберт, ай-яй-яй… Ты злишь свою госпожу. Плохой мальчик! — Смерть, которая двигалась в этот момент вдоль книжных полок, рассматривая корешки книг, резко обернулась, подскочила к столу, оперлась о него руками и, наклонившись прямо ко мне, раздражённо выдала. — Я знаю, что ты уже нормальный. Хватит строить из себя дурака! Завязывай с этим цирком. Клоун из тебя никудышный!

Я изумлённо захлопал глазами и замычал. Мол, не понимаю ничего. Отстаньте от бедного, несчастного дурака. Как жесток этот мир!

— Дрянь! — Психанула она. — Неблагодарная дрянь! Вот ты кто, Роберт. Я тут уже тьму лет ошиваюсь в Закрытом мире. Слежу за тобой. Чтоб никто не обидел. Строю из себя человека. Ведь знаешь, как это тяжело. А ты…

Она оторвалась от столешницы, выпрямилась, а затем, сложив руки на груди, уставилась на меня хмурым взглядом. Кстати, даже откровенное недовольство на лице не делало ее менее прекрасной.

Я невольно завис, любуясь Валькирией. И как можно было подумать, будто старуха — ее настоящий облик? Конечно, когда к умирающему явится вот такая красотка, он встанет со смертного одра и побежит живее всех живых. Понятно, что ей приходится изображать древнюю бабку. Я и сам, признаться честно, если бы прежде увидел Госпожу в виде молодой светловолосой женщины, служил бы ей еще с большим рвением. Хорошо, что сейчас эта красота уже не имеет надо мной власти. Я знаю настоящее нутро Смерти. Она, как и все Высшие, хитра, жестока, не обременена моралью. Впрочем я и сам такой, но мне можно. Это, скажем так, побочный эффект жизни некроманта.

Я поёрзал на стуле. Смерть продолжала испепелять мою пеосону гневным взглядом, а столетия службы все-таки сказались на мне. Чувствовал себя слегка виноватым. Хотя, уж мне точно не за что виниться.

Я, чтоб отвлечься от лишних дум, покрутил головой по сторонам, с глупым видом осматривая обстановку, а потом опять повернулся к Смерти. Ну, что, госпожа, продолжай свои попытки… Подумал я, но вслух, конечно, не сказал ничего. Придерживался выбранной роли дурака.

Вообще, в данный момент мы находились в библиотеке. Потому что Смерть, оказывается — «госпожа библиотекарь». Госпожа, раздери ее Тьма, библиотекарь!

Я сидел на стуле, расположившись возле одного из столов, за которыми, наверное, обычно читают книги посетители. Благо сейчас в прохладном помещении библиотеки, не считая громкого, недовольного сопения Смерти, стояла тишина. Кроме нас двоих тут больше никого не было.

Валькирия оставаться на месте не могла, а потому постоянно что-то делала. Ходила вдоль полок, трогала различные предметы, приближалась ко мне, а потом снова удалялась на приличное расстояние. Думаю, она это делала, дабы отвлечься от раздражающего фактора — меня. Чтоб не психануть окончательно и не убить столь непокорного слугу. Иначе придётся госпоже искать другого некроманта и снова тащить его в Закрытый мир.

Я всё-таки это сделал. Я довел ее до белого каления. Да уж… Расскажи кому из нашей братии, не поверят.

Было ли с моей стороны рискованно вести себя подобным образом? Конечно. Но я сильно, очень сильно злился. Потому что она — госпожа библиотекарь!

Нормально? То есть все это время Смерть ошивалась рядом со мной. Ела, пила, спала на удобной постели, а я, раздери ее Тьма, ночевал в каком-то убогом сарае, делил матрас с клопами и считался дебилом! От моего тела несет так, будто я вообще не мылся ни разу за эти годы! Дебильные детишки считают своим долгом пнуть, оскорбить или ударить меня, потому что я — мусорщик! А она — госпожа библиотекарь!