Многие поколения Хоторнов боролись, чтобы освободить людей от гнета вампиров. Я могла бы достичь того, к чему они стремились. Стать той, кто подберется достаточно близко к королевской семье, чтобы нанести безжалостный удар.

Но я все испортила. Несметное количество людей будут страдать и истекать кровью – из-за меня.

– Поговори со мной, – потребовал Валь, крепко схватив меня за плечи. – Что стряслось, Флоренс?

Как ему объяснить? И что важнее – как мне загладить вину? Родители будут страшно расстроены. Мы понимали, что этим вечером наш план может потерпеть неудачу. Но никто, и уж тем более я сама, не ожидал, что я опрометчиво упущу эту возможность.

– Я…

– Мисс Хоторн?

Услыхав глубокий голос, я пошатнулась.

Валериан оцепенел. Скользнув взглядом мне за плечо, он медленно отнял от меня руки и поклонился. Я заметила, что у него нервно подрагивал уголок губ.

– Ваше Величество.

Меня бросило и в жар, и в холод. Обернувшись, я посмотрела в зеленые глаза Бенедикта Первого. На его лице будто застыла маска – не читалось ни одной эмоции: ни гнева, ни чего-то иного. Но я не позволила себе обманываться: король знал, в каких выражениях я о нем отзывалась. И теперь придется испытать мучительные последствия неосторожных слов. Если повезет, он просто прогонит меня из замка. Но если судьба повернется иначе…

Готова поспорить, он бросал людей в Тауэр и за меньшее. Но ведь тогда он отправил бы за мной стражников? Почему он лично занялся этим?

Я присела в реверансе, стараясь дышать ровно. Кремово-белое бальное платье вдруг показалось слишком тесным.

– Ваше Величество.

Долгое мгновение король рассматривал меня. А потом… улыбнулся. Широкой искренней улыбки я не удостоилась, но хотя бы не ощутила на себе его гнева.

– Смею ли пригласить вас на танец? – спросил он, и его голос прошелестел точно черный шелк, мягко и таинственно.

В недоумении я уставилась на монарха. Как?.. Он действительно пригласил меня?

– Моя сестра в вашем распоряжении, – объявил Валериан и испарился быстрее, чем я смогла вымолвить хотя бы слово.

Но король не обратил на него ни малейшего внимания. Его взгляд был прикован ко мне, ловя каждый мой вздох, каждый взмах ресниц, неуверенное движение – от такого взгляда ничто не могло ускользнуть, я в этом не сомневалась. Возьми себя в руки, Флоренс!

– Конечно, Ваше Величество! – ответила наконец я. – Это большая честь для меня.

Он протянул мне руку, и я вложила в нее свою. Ладонь короля оказалась горячей, будто напоминая, что он за чудовище. И, похоже, я и правда нуждалась в этом напоминании: Бенедикт Первый, заняв место на танцевальной площадке, приобнял меня за талию, и я ощутила легкую приятную дрожь.

Предательница!

И снова тяжелый аромат окутал меня, лишив способности думать. От правителя пахло деревом – сосной, а может, пихтой. Невольно я вспомнила редкие поездки в лес, вечера перед камином…

– Надеюсь, на сей раз вы будете контролировать свои движения, – прошептал он и повел в танце.

Его слова на мгновение выбили меня из колеи – захотелось отплатить ему столь же язвительным намеком. К счастью, я вовремя опомнилась, вернулась в роль и, чуть приподняв головку, виновато улыбнулась.

– Я глубоко сожалею об этом столкновении, Ваше Величество.

– Двух столкновениях, – поправил он, и я уловила тень улыбки на его губах. Король, возможно, и говорил с сарказмом, но ямочки на его щеках заставили меня задуматься, как он будет выглядеть, искренне улыбаясь.

– Вдвойне глубоко сожалею, – робко пошутила я.

Легкая улыбка задержалась на его губах еще на мгновение, но большего я не удостоилась. Король молча рассматривал меня. Было в его взгляде нечто такое, отчего хотелось уменьшиться до крошечных размеров. В правителе все излучало авторитет, напоминая, что он являлся самым могущественным вампиром в стране, а я была всего лишь человеком.

Но об этом я старалась не размышлять. Лучше мне не думать, с каким зверем я танцую – иначе нервы окончательно сдадут. Настоящая пытка! Разумом я стремилась вырваться из замка, но телом тянулась остаться здесь, куда меня направляла и миссия. Так недолго и разорваться.

– Кажется, вам совсем не по душе праздник, – заметила я, поскольку не дождалась от короля ни слова.

Он, не обращая внимания на мой вопрос, закружил меня в сложном повороте.

– Я исполняю свой долг и нахожусь здесь вовсе не потому, что мне нравится изображать радушного хозяина.

– Вы предпочли бы избирать кровавую невесту в более узком кругу?

Наверное, этими вопросами я позволяла себе лишнее. Они слишком личные, чтобы адресовать монарху, но праздник и скверное расположение духа венценосной особы – единственное, о чем я могла говорить для знакомства с королем. Они показались мне лучшей возможностью завести разговор, который не оставил бы пустого и поверхностного впечатления. Кто бы мог подумать: долгие годы планирования, и нам ни разу не пришло в голову, что Бенедикт Первый проявит такую неприязнь к кандидаткам.