Светлана опускает левую руку, -локоть по-прежнему на столе, только ладонь свешивается с края стола вниз. Она обращает лицо в сторону питомца:

– Слишком громко чавкаешь… Мешаешь творческому процессу.

Светлана громко вздыхает и опять занимает позу задумчивого человека при помощи поддерживания подбородка. Чавканье продолжается. Светлана разговаривает с котом, игнорируя его безразличье:

– Нет. Даже не думай. Не стану я писать с тебя главного героя. Ты ничего не рассказываешь про свои приключения до приюта. А если я нафантазирую про тебя историю, ты будешь гневаться и кусаться. А отрицательные эмоции тебе вредны.

ДО-ДО невозмутимо чавкает.

Светлана продолжает монолог как воображаемый диалог:

– А может ты и прав. Сделаю халтурную работу. Тебе читать не стану. Перед дочерью отчитаюсь. А конкурсы создают для поиска свежих идей, то есть для их заимствования. Мне свежую идею все равно не родить,– стара уже для родов.

Светлана указательными пальцами обеих рук начинает что-то печатать на клавиатуре ноутбука. Паузы между ударами по клавишам клавиатуры продолжительные. Локти ее прижаты к поверхности стола, сознательно тормозя процесс печатания. Звук чавканья прекращается. Светлана, не глядя в сторону питомца, спрашивает:

– Съел? Минуточку…

Правой рукой она достает из-за ноутбука кофейную кружечку с напитком, ставит ее на опустевшее блюдо перед котом:

– Вот, дорогой. Как ты любишь, – клубничный йогурт.

По-прежнему лениво она продолжает печатать под звук причмокивания. В полной тишине Светлана прекращает свой вялотекущий процесс печатания текста, разворачивается к ДО-ДО:

– Умничка моя. Мой ДО-ДО большая умничка.

Светлана закрывает глаза и склоняет лицо к детскому столику с вытянутыми трубочкой губами к мордочке:

– 3 -

– Поцелуй мамочку.

ДО-ДО тоже протягивает свой подбородок, вымоченный йогуртом к губам хозяйки. Он быстро-быстро троекратно тыкается в вытянутые губы, обнюхивая их.

Светлана встает, захватом под передние лапы вытягивает кота из столика и садит питомца как малыша на согнутую в локте свою левую руку. Правой рукой она гладит ДО-ДО по головке и спинке, при этом кот передними лапами как охватывает шею хозяйки как настоящий ребенок. Светлана несет питомца к его лежаку, сюсюкает:

– Ела-ела, съела, умничка моя. Пора моей умничке на бочок.

Светлана укладывает ДО-ДО в кошачью постель, поправляет подушечку и поворачивает ручку створки окна, – приоткрывает верхнюю грань створки для проветривания помещения. Светлана чмокает питомца в примятое правое ухо, продолжает играть роль кошачьей мамы:

– Милому ДО-ДО пора отдыхать.

Она гладит питомца по голове и спине, отчего тот блаженно закрывает глаза. Сама же Светлана при этом смотрит в окно.

За окном ряд деревьев вдоль придомовой дорожки наполовину облысели по закону осеннего листопада. От упавшей листвы на метр вверх стволы деревьев выбелены, а на верхней части выбеленных стволов всего ряда деревьев расклеены постеры с большим черно-белым фото посередине. Каждый постер несет печальную информацию под грифом "РАЗЫСКИВАЕТСЯ". Худенький подросток в черной курточке с капюшоном, натянутом на голову, размазывает клей кисточкой по поверхности уже пожелтевшего листа бумаги. Работает он споро,– ловко достает из сумки с ремнем через плечо новый листок, прижимает и разглаживает его поверх прежнего. Даже из окна видно – новый листок выполнен в старом стиле "РАЗЫСКИВАЕТСЯ". На этот раз кто-то ищет девушку в очках. В отличие от старой листовки, где на фото широко распахнутые глаза пропавшей умоляли найти ее, фото новой искомой девушки выполнено уже в полный рост. Издалека пропавшая выглядит как долговязая отличница, не желающая кокетничать даже перед фотокамерой.

Светлана прильнула к оконному стеклу, внимательно вглядываясь в новый постер. Она не забывает гладить кота и разговаривать с ним:

– Ты посмотри,– опять новая девушка пропала. Наша полиция отдыхает уже года два как от работы. Постоянно пропадают девочки по возрасту чуть ли не сразу со школьной скамьи. Ты тоже догадался, я знаю, – в городе орудует маньяк. Кстати о маньяках… А давай сценарий на фильм ужасов состряпаем. Ужастики ужасно котируются , да и, действительно, интересно куда наши девочки пропадают. Хотя бы в своих фантазиях надо найти и спасти девочек… Ну, если спасти не получится, то хотя

бы наказать обидчика. Согласен?

– 4 -

ДО-ДО в ответ мурлычет с закрытыми глазами.

Светлана возвращается к рабочему столу, начинает печатать уже бойко пальцами обеих рук. Она слегка кивает головой словно соглашаясь с написанным.

Раннее летнее утро. В дачном поселке большие дома высокомерно смотрят друг на друга из-за высоких оград элементами вычурной архитектуры. Практически каждый дом кичится декором из дорогостоящих современных материалов, осматривает затонированными окнами окружающую панораму на все четыре стороны.

В самом конце дачной улочки, мощенной белым булыжником, находится дом, особо укрытый в зелени деревьев. Для надежности дополнительно дом прикрыт двумя рядами колючей проволоки поверх высокого забора. От входных ворот до двери дома дорожка из мраморной плитки блестит от утренней росы. Арочный прозрачный голубой навес над дорожкой из речного песка от калитки до входной двери сопровождает всяк сюда входящего, предупреждая праздное шатание незнакомцев по приусадебной территории. Кроме того, плотные ряды крыжовника колючим забором высажены по обе стороны от арочного навеса. Да стволы пышных яблонь строем высятся за крыжовником, закрывая собой от любопытных глаз сад за домом. От обособленного дворика веет чистотой и аккуратностью. Входная дверь особо укрытого дома, естественно, железная с тремя замочными скважинами по вертикали. Капельки росы блестят на листьях хмеля, что затеняет входную дверь, цепляясь за декоративную решетку. Декоративная решетка тоже железная сварена как тюремная в клеточку, покрыта черной эмалью и установлена рамкой для входной двери. Беззвучная красота лаконичности.