В-третьих, он отчаянно визжал.

Сядет утром на насест, сожмется весь, и давай орать этим своим противным голосом. Сирена, а не петух. Он даже развернуться во всю мощь первого "ку" никогда не мог. Все время так брезгливо, "кю" да "кю"…

Конец ознакомительного фрагмента.