Шрифт:
– Ваня, ты долго так сидишь?
– Нет. Поспала, мамуля?
– Да, родной. Спасибо тебе, ты мой сон охранял.
– Да. Там дядя какой-то… К дедуле пришел.
Хм… Из кабинета доносятся голоса. Сую в руки Вани планшет с играми и на цыпочках выхожу в коридор. Антон Олегович редко принимает пациентов дома. Крадусь к приоткрытой двери под аккомпанемент сердечных стуков.
– Доверенность – лучший вариант, Антон Олегович. Бескровный, законный, – произносит гость.
Вынимаю из кармана смартфон, настраиваю камеру и запечатлеваю незнакомца. Его лицо мне не знакомо. Одет он в клетчатый пиджак и голубую рубашку. На его шее красуется красный, вязаный галстук. Мужику хорошо за пятьдесят. На пациента точно не похож…
Тогда кто он?
Пока меня не подловили, возвращаюсь в комнату к сынишке. А через минуту туда входит Елена Васильевна.
– Где ты была?
Ее взгляд опускается к смартфону в моих руках.
– Я… Голоса услышала, испугалась. Что-то случилось? У нас гости?
– Не твоего ума дело, Лида. Хозяин дома разве не может позвать кого-то в гости или… Ты что, подсушивала? – ее лицо мгновенно бледнеет. – Ну-ка, дай мне свой телефон!
Глава 5.
Лидия.
– Послушайте, Елена Васильевна. Зачем вы со мной так? В чем я провинилась перед вами? Разве я плохо ухаживала за вашим отцом? Или… – выдавливаю, не сводя взгляда с ее каменного, бледного лица. – Вы до сих пор не оставили надежды женить Ростика на ком-то более подходящем?
Она мгновенно тушуется. Плечи устало оседают, словно из нее выдернули стержень.
– Просто… Не бери в голову, Лидочка. Да и как он на другой женится, если…
Наверное, мне кажется, но ее взгляд косится на дверь кабинета.
– О чем вы?
– О Ванечке, конечно, – нарочито широко улыбается она. – А ты что подумала? Он наш родной внук. Мы его никуда не отпустим. Ты извини меня, ладно? Устала я просто…
Телефон она мне возвращает. Клюет Ванюшку в щеку и уходит к себе.
Мне нужно действовать незамедлительно. В городе я недавно, подруг у меня почти нет (приятельницы на детской площадке не считаются). Мамуле вывалить правду я тоже не могу…
Но и без совета действовать сложно… Может, пригласить на завтрак Юлю и Дарину?
Морщусь, вспоминая, как Глухова полоскала меня, на чем свет стоит… Но без нее никак… Она обязательно расскажет все Игорю. Тот похвалит меня за предприимчивость перед Ростиком, а у предателя не возникнет сомнений в моих мотивах.
Мне просто скучно. И все. Потому я и решила встретиться с подругами.
Юлька не работает. Все свободное время проводит у косметолога или массажиста. На мое счастье, сейчас она свободна… Дело за Дариной. Я умоляю Юлю позвонить ей и попросить о встрече.
– Зачем она тебе нужна? Может, Милу позовем? Ну… Феоктистову, ты должна ее помнить – она тоже была на юбилее. Заодно и познакомитесь, – произносит Юля в динамик, не переставая жевать что-то хрустящее.
– Ростик очень переживает. Видимо, он говорил с Пашей… Он вчера попросил меня ее поддержать. Юль, наши мужья будут нами довольны. И купят нам что-то в качестве поощрения.
Закатываю глаза. Господи, как я докатилась до такого? Разве об этом мечтала? Товарно-денежные отношения, измены, вранье… Грязные сплетни за спиной, неискренность… Нет подруг. Нет мужа. Любви нет, семьи. Я медленно, неумолимо падаю на дно… Ил того гляди меня поглотит, обнимет своей вязкой, зловонной массой. Но я не позволю ему…
Оттолкнусь и выплыву.
Отомщу предателю-мужу. Заставлю его пожалеть…
И сама стану счастливой.
Пока я не чувствую отката. Боль притаилась в душе в ожидании нужного момента. Знаю, что меня скоро накроет… Настоящим осознанием, болючим чувством потери… Пока я возбуждена, взбудоражена происходящим.
Мной движет желание победить – найти Милашу и весомые доказательства измены мужа.
Наряжаюсь в джинсы и клетчатую рубашку. Обуваюсь в старенькие кеды. Быстро кормлю Ванюшку и убегаю из дома, стараясь не прислушиваться к разговору свекров в кабинете.