Шрифт:
– Да, да, конечно, я сейчас же обговорю этот момент с руководством.
– Вика, – Алина качает головой, а я замечаю, что кровь наконец прошла.
– Просто хочу кое – кому деньги в лицо швырнуть.
– Вик, – его голос как нож в спину. Я уже и забыла о нем. Ну нет, конечно, просто не думала, что он остался. Даже обувь снял и пошел за мной.
– Марат, иди уже.
Вытираю сына, смотрю в карие покрасневшие глаза, а у самой внутри все клокочет, нервы так натянуты, что еще немного и порвутся.
– Вик…
– Да что?! – да сколько можно меня мучать? – Что ты заладил?
– Это чей ребенок?
– Марат. – тут же поднимается Алина, – приятно познакомиться. Наслышана о вас.
Не вижу, чего там происходит, зато прекрасно слышу очередной рык.
– Вика, ты можешь ответить на вопрос, бл…
– Не матерись, – тут же вскакиваю, стреляя в него злым взглядом. – Тут вообще – то дети.
– Я вижу, – цедит он сквозь зубы. – Это… Это даже в голове у меня не укладывается.
– Ты всегда был в этом плане сильно ограниченным. Кстати, Карим, ты хотел познакомиться с папой. Вот видишь, он нашел на нас время.
Марат так напрягается, что кажется капилляры глаз сейчас лопнут. Будь мы одни, я бы уже корчилась в муках смерти. Так что хорошо, что здесь так много людей. Его губы поджаты, а на виске выступила капля пота. Он то сжимает, то разжимает руки в кулаки. Переводит взгляд с меня на сына и обратно.
Тут никакого теста ДНК не нужно и так все ясно. Сначала факт схожести этих двоих меня просто выбешивал. Я даже смотреть на сына не могла. А потом он заплакал, а я заплакала вместе с ним, поняв, что еще никогда ничего подобного не испытывала. Потому что, несмотря на все дерьмо, что мы с Маратом сделали друг другу, у нас действительно получилось создать что – то совершенное.
Отворачиваюсь от гнева Марата и смотрю в недоумевающее лицо Карима. Он маленький может, но не дурак.
– Мам… А можно мне ту игрушку. Ну ту.. С крылышками.
Еще один маленький манипулятор.
Достаю сто рублей и протягиваю ему. Ловлю взгляд Алины. У нее такие глаза, ей только попкорна не хватает. И она явно не хочет пропустить ни слова между нами. Но все понимает и уводит Карима, Лешу и Андрея, который все это время молчал.
Карим лишь на мгновение поднимает голову на Марата, говорит: «Здрасти» и убегает. Может он еще не до конца осознал, а может просто не готов к тому, что его заветное желание сбылось так неожиданно.
Марат смотрит ему вслед, а потом делает резкое движение ко мне. Бычится, напрягается так, что сейчас взорвется.
– Я тебя сейчас убью, блядь.
– Тогда наш сын останется сиротой. Потому что ты сядешь в тюрьму. Место все-таки общественное.
– Как ты… Пиздец. Карим? Ты назвала его Карим? Назло мне, да? Когда ты… Я даже не думал…
– Да, Марат. Возраст берет свое, ты уже и двух слов связать не можешь.
Марат звереет. Я видела его таким всего несколько раз, и в те моменты он давал мне леща. Я не спорю, это было даже заслужено, но сейчас явно не то место. Он тоже это понимает. Берет меня за локоть, сжимает и тянет в одну из комнат.
– Отпусти меня!
– Заткнись, Вик. Сейчас просто заткнись, – он находит свободную и толкает меня туда. Закрывая дверь.
– Вообще-то это общественное место, – пытаюсь вразумить его, и говорить, а тем более скандалить здесь не стоит,
Говорю и говорю, а потом ахаю, когда он замахивается на меня кулаком. Взбешенное чудовище. Почти кричу, но слышу треск. Кулак Марата врезался в стену. Раз, второй, третий. Он все долбил и долбил эту стену, смотря мне в глаза, а я видела там муки, видела, что он даже не извинится, если его окровавленный кулак случайно попадет не туда.
– Простите, но здесь нельзя закрываться, – входит администратор, но тут же застывает, а Марат поворачивается к ней и орет.
– Вышла вон!
Он опадает на стул, пальцами сжимая свои густые черные волосы.
– Ты должна была сказать мне о сыне.
Глава 7.
– Ты должна была сказать о сыне, Вика!
Вот как? Должна. Должна прийти вовремя, даже если застряла в пробке. Должна слушаться, потому что он мужчина. Должна молчать, когда он разговаривает с партнерами. Должна не возникать, если он пошел на встречу без меня. Должна молчать, если на встрече были шлюхи. Должна верить, что у него с ними ничего не было. Должна. Должна. Должна!
– Я тебе давно ничего не должна! – меня на части рвет. – Ты, спешу напомнить, сделал свой выбор! У тебя есть ребенок. Мой тебе не нужен!
– Не нужен? Да ты совсем охуела, Вик? Я тебя блядь умолял мне ребенка родить, а ты нос воротила. Согласилась, когда накосячила, и все равно продолжала принимать таблетки. Врала мне! Опять!
Я даже рот открываю, чтобы защититься, а нечем. Потому что правда. Тем не менее. Я хотела попытаться, правда. Несмотря на свои страхи, всю неуверенность в себе, я хотела исполнить мечту Марата, но он как с цепи сорвался. Мы начали заниматься сексом только с одной целью – он вкачивал в меня такие литры спермы, что хватило бы на небольшой гарем. Его одержимость пугала, и я продолжила принимать таблетки, хотя врала, что у нас просто не получается и нужно стараться больше. Вот он и старался.