Шрифт:
Я был груб с женщинами, я мог заставлять их испытывать боль…но я бы никогда не тронул эту девочку. Твою ж мать!
В больницу ехал и не знал, что скажу, не знал как в глаза ей посмотрю. Трусил, потому что нахаркал в саму святость. И думать об этом даже не мог. Прошел длинными коридорами с накинутым на плечи халатом. С врачом не встречался. Во всем разбирался Самир. Он же мне и доложил все по состоянию.
– Ее физическое состояние удовлетворительное. Несколько гематом, пару ссадин. Кости целы, внутренние органы целы.
– А…психически?
– С ней работал психолог. На самом деле все намного лучше, чем можно было ожидать. Тебе надо с ней поговорить. И успокоиться.
Поговорить. С девочкой, которую я терзал и ломал, приняв за другую.
Сидит на краешке постели, рисует на салфетке что-то шариковой ручкой. Совсем ребенок. Внутри все выворачивается наизнанку. У меня к ней даже ощущений как к женщине нет. Даже не воспринимаю. И когда думаю о том, что я ее трахал начинает тошнить.
– Алена… – позвал и она вскинула голову. Ожидал увидеть ужас на ее лице, ожидал, что она будет смотреть на меня с презрением, но этого не произошло. Она смотрела с жалостью и с пониманием. Я ощутил себя бешеным псом, который покусал ребенка, упал на колени и обнял ее ноги. Ощутил как она гладит мои волосы и всхлипнул.
– Я знаю, что там с тобой была не я.
Напрягся, сжимая худые коленки.
– Это не меня ты…а ее…Вику. ЕЕ наказывал, ее любил, ее терзал. Я знаю.
Судорожно глотнул горечь во рту, самому противно от себя.
– Не вини себя…ты был не ты. Это был злой, испуганный, страдающий зверь. Он плакал от боли. Я помню, как он плакал. Я ему позволила бесноваться.
– Прости…
– Я его простила. Он не ведал что творит.
Она говорит, а я чувствую себя еще большим ублюдком, чувствую себя скотиной. Понимаю, что все знают о том, что было. Понимаю, что начнут шептаться, оскорблять, могут на улице зашвырять камнями. Однажды я не смог защитить и потерял. Однажды я сам себя уничтожил. Решение пришло мгновенно. Я еще не был уверен, я еще сомневался.
Но когда вернулся домой меня встретила Самида.
– Что решил, мой лев. Ведь ты принял какое-то решение?
– Я не позволю. Чтоб ее хоть кто-то оскорбил!
– Это будет хорошая партия, Ахмад. Скромная, покорная, любящая тебя жена. Жена, которая уважает твою семью, уважает меня, будет соблюдать традиции.
Самида словно читала мои мысли. А еще…впервые она была согласна с моим выбором и поддерживала его.
– Мне нужно, чтобы все было оформлено задним числом. Чтобы имам засвидетельствовал о никахе.
– Он засвидетельствует. Найдутся и свидетели первой брачной ночи. Простыни еще не стираны.
Вскинул голову и встретился с ней взглядом.
– Я же твоя мать. Пусть и не биологическая. Но я знаю тебя, знаю твое благородное сердце. Я предполагала, что ты решишь все исправить. Мой мальчик честный и сильный мужчина, отвечающий за свои поступки.
– А она…она может отказаться.
– Не откажется. Оставь это мне, сынок. Я поговорю с ней. А еще…еще я вижу то, что не видит никто. Я вижу как эта девочка любит тебя и совсем не как сестра.
Спустя шесть недель…
Самида зашла в кабинет врача и прикрыла за собой дверь.
– Как все прошло?
– Все получилось.
Она аж выдохнула и вздрогнула, засияла от радости.
– Точно?
– Точно. Вот результаты анализа крови. Мы повторили его несколько раз. Беременность наступила.
– Я надеюсь в этот раз будет без сюрпризов!
– Я ничего не могу обещать… и вы знаете почему. Есть риски. Они большие.
– К черту! Наши предки вообще об этом не задумывались и как видите мы не вымерли. Проверяйте, следите за здоровьем и состоянием. Чтобы снова не родились слепые недоделки! И …не дай Аллах это будет девочка!
Врач вежливо кивнул и почтительно склонил голову.
– Ждете вознаграждения? Вот! Как и договаривались!
Бросила сверток на стол.
– Наличка. Скажи мне то, что у нее с головой не все в порядке не отразится на беременности?
– Не должно. Окружите ее покоем.
– Потом вы должны помочь мне избавиться от нее! Помните уговор?
– Конечно. Все будет сделано в самом лучшем виде. Как и в прошлый раз.
Вышла из кабинета сияя триумфом, радуясь своей победе. Еще одна попытка. И в этот раз она не проиграет. Слишком много поставлено на карту. Да и время поджимает. Она уже не молода.
Поправила черный платок, опираясь на палку прошла к машине. Водитель помог ей сесть, подал сумочку.
– В офис Ахмада. Мне надо поговорить с ним.
Глава 4
– Пришла просить тебя.
Невольно залюбовалась его высоким ростом, мощной фигурой и непослушными волосами где на висках появились первые ниточки серебра. Какая адская гордость всегда брала при взгляде на него, какая невиданная сладость наблюдать за ним и осознавать, что он принадлежит ей, даже не зная об этом. Повернулся к Самиде и она сразу отметила, что он чем-то озабочен, что его лицо как всегда мрачное в этот раз какое-то особо ожесточенное. Есть что-то чего она не знает?