– Ты в курсе, что это мужская душевая?
– А тут вообще есть хоть что-то женское?
– Нет. В этой части здания тебе не место.
Он единственный наследник правящего рода. Я для таких, как он, грязная оборванка. Ему было предназначено быть с девушкой из высшей знати, но против воли парой стали мы. Только я предпочла бы его брата.
Глава 1 Одеяло
Пока я была без сознания, в мою голову приходили страшные кошмары. Холодные, липкие, но держащие в напряжении и, возвращаясь в реальность, я ощутила очень сильную взбудораженность. Но она была исключительно душевной. Физически я все так же чувствовала боль и тяжесть.
Открывая глаза, я увидела все ту же палату. Разве что теперь был день и ее заливали яркие солнечные лучи, которые не просто причиняли глазам боль. Они их разрезали.
– Очнулась? – я услышала знакомый голос, но не сразу поняла, кому он принадлежал. Мне понадобилось несколько секунд, чтобы осознать, что это был Жрец.
Повернув голову и опять открыв глаза, я увидела его. Парень сидел на краю моей кровати. Растрепанный, сонный. Одетый в обычные штаны, толстовку и с капюшоном на голове.
– Я вернулась в свое тело? – спросила хрипло. Насколько же сильно я отвыкла от своего голоса.
– Да, – Жрец был с закрытыми глазами, но в этот момент он повернул ко мне голову. – С возвращением. Я рад, что ты наконец-то в своем теле.
– Даже не обнимете? – я иронично изогнула губы.
– Обойдусь. Но, если так хочешь, можешь мысленно представить, что я это сделал.
– Обойдусь, – ответила ему тем же, после чего попыталась сесть и, посмотрев на свои ладони, спросила: – Что с Эрин? Она… жива?
– Еще да. Она в этой же больнице, но я не уверен, что она выживет.
– Сильные повреждения? – руки были слабыми, но я сжала ладони в кулаки.
– Ага, – парень кивнул. – Даглас Тейлор сейчас с ней носится. Постоянно торчит в ее палате. Его люди привозят врачей из-за границы. Он делает все, чтобы ее состояние улучшилось.
– Привозят? Она же только вчера…
– Прошла уже неделя. Я не знаю, где твоя душа была все это время, но только спустя семь дней ты вернулась в свое тело. Я тут был каждую гребанную ночь. Ждал тебя. Ты умеешь заставить понервничать.
– О, вы переживали обо мне. Это так приятно, – я попыталась иронично улыбнуться, но от слов, что моя душа непонятно где была целую неделю, у меня по спине пробежал холодок. Вновь опустив взгляд, я тихо спросила: – Эрин можно как-нибудь помочь?
– Все, что можно уже делает Тейлор.
– Но вы же Жрец. Может, вы своими силами…
– Во-первых, я тебе на целителя похож?
Нет, скорее он был похож на того, кто разрушает.
– Во-вторых, я элементарно не хочу ей помогать. Ты уже попыталась это сделать. До сих пор не понимаю, нахрена.
– Скорее я навредила, чем помогла.
– В ее понимании – возможно. Но, повторяю – я ничем ей помогать не собираюсь. Если тебе станет легче – я этого и не могу сделать.
Легче мне не стало. За Эрин было тревожно и я до сих пор чувствовала ту боль, с которой она выпала в окно, но, возможно, мне и правда больше не следовало ее трогать. Навряд ли Эрин хотела бы, чтобы я хоть как-то приближалась к ней. И мы слишком разные. Никогда не поймем друг друга.
– Прекрати, – в голосе Жреца послышалось раздражение.
– Что именно?
– Жалеть ее.
– Я не могу. Я чувствую свою вину.
– Всякий раз, когда будешь это делать, помни, что выпрыгивая в окно она, в первую очередь, не себя убить пыталась.
– А кого?
– Ты же не совсем глупая мокрица. Должна понимать, что желая умереть, она так же надеялась, что умрешь и ты, – в голосе Жреца злость стала ощутимее. Нет, в нем была именно ярость. – Раньше мне было плевать на нее, но теперь я терпеть не могу эту больную на голову суку.
– Это нелепо, – я качнула головой. – Я чувствовала, что вызываю у нее отторжение, но умереть самой в надежде, что умру и я – это глупо.
– Бедная, наивная мокрица, – Жрец положил ладонь на мою грудь, а я тут же дернулась.
– Что вы?.. – ошарашено спросила, ошалело закрывая грудь руками.
– Было бы что там трогать, – безразлично сказал парень поднимаясь рукой выше. Давая понять, что к моей груди он прикоснулся случайно. Нащупав мое лицо, он сжал мою щеку и потрепал ее, словно я была глупым ребенком, при этом зло говоря: – Неразумная мокрица.
– Прекратите, – я убрала его руку от своего лица. Надула губы и скрестила руки на груди. Но щека теперь ныла. – Больше так не делайте.
Шумно выдохнув, я опять опустилась на кровать. Пока что мне было тяжело сидеть и теперь мне требовалось больше времени на усвоение информации. Особенно, если учесть и то, что Эрин тоже желала моей смерти.
Я не знала, как к этому относиться, но в груди тоже полыхнул гнев. Я прекрасно отдавала отчет тому, что поменяла ее жизнь против ее воли и понимала, что Эрин было за что злиться на меня, но я была открыта к диалогу. И я терпеть не могла Дагласа Тейлора, но не была к нему настолько категорична, как хотелось бы лишь из-за Эрин, так как оставляла ей шанс быть с ним после того, как уйду из своего тела.