А еще – она была ОРУЖИЕ Иванова. До сего момента я видел только одного жнеца этого рода, не являвшегося Мастером, – спутника главы клана, деда Алелекэ. Этот персонаж, признаться, тоже вводил в ступор с первого взгляда: он не был железным. Вообще. Ни в какой части. Он был целиком костяным, и как такое возможно, я не понимал. И теперь вот старуха… очень странная старуха.

– Э, дарагой, смотрю, все жену мою разглядываешь, что, хороша? – спросил вдруг Гурам, усмехаясь в седые усы. – Еще бы! Самая горячая девка была в Ткварчели, городская, гордая. Чабану с гор не ровня, да, Тамрико? Царица!

– Да уж не баранов пасла, старый ты болтун, – неожиданно отозвалась женщина, но было в ее словах столько доброй какой-то насмешки и любви, что это ничуть не портило образ правильного Оружия. – Заболтал молодых. Вставай, веди воду пить, а потом гостям и отдохнуть надо.

– Правильно, жена, сначала пусть пьют воду, а потом можно будет пить вино! Идемте, гости дарагие, покажу вам источник. О нем чужие не знают, только свои. Надо вам сил набираться, завтра работы много будет.

– Я к баранам не подойду, – привычно огрызнулся Мор.

– Не надо, дарагой. Баранов я с утречка на пастбище выгоню, а загон останется… – усмехнулся старик. – После правильной воды правильное вино, потом правильная еда и правильная работа – через месяц будешь здоров как бык!

– После этого Мастер Гурам предоставил нам комнату для проживания, – закончил я отчет перед голограммой Мастера Артурии, опуская голову в ожидании дальнейших приказов.

– Сегодня количество остановленных срывов Мордреда пусть и незначительно, но уменьшилось. Значит, в этом есть какой-то смысл, – резюмировала Мастер. – Хорошо, продолжайте в том же духе. Спокойных сно…

– Мастер Артурия! – перебил я дочь главы нашего клана. – За последние сутки я истратил скверны менее чем десять процентов от общего показателя! Позвольте мне принять участие в охоте!

– Зачем? – не поняла женщина, недоуменно осмотрев меня с ног до головы. – Отдыхай, Гал, считай, что ты на каникулах. Да и… все рейды уже на месяц вперед расписаны, а у тебя все еще нет Мастера. Чтобы включить тебя в охоту, придется расформировывать уже сработанные боевые команды. Ты ведь не маленькое оружие, довеском идти не сможешь. Так что сиди спокойно и пей ту воду, про которую глава Ивановых сказала, что она очень полезна Оружиям. Короче, набирайся сил и присматривай за Мором.

– Да, конечно… Доброй охоты, Мастер, – спокойно закончил я разговор и выключил видеосвязь.

Набирайся сил, да? А зачем? Для кого? Если даже в родном клане раз за разом дают понять, что я никому не нужен. Даже на охоте, где постоянно требуются все свободные тренированные Оружия.

Я не лелеял глупых иллюзий. Меня отдали Ивановым для поиска подходящего партнера. Ни в одном другом клане призмы не найдется столько свободных молодых Мастеров. Но и тут я с треском провалился. Мало того, что мне просто неуютно среди этих буйных молодых пси… жнецов. Так и они сами, подойдя поближе и присмотревшись, сразу отходят на безопасное расстояние. С таким видом, словно рассчитывали найти полный куб скверны, а им подсунули пустышку в радужной обертке.

Нет, я понимаю, что несколько несправедлив и пристрастен из-за эмоций. Молодые Мастера меня не обижали ни словом, ни делом. Но я чувствовал, что они теряют ко мне интерес очень быстро. Слишком быстро… и это неприятно. И с каждым разом, с каждым отвернувшимся ледяного стекла в сердце становится все больше.

Единственное, что еще держало на плаву: понимание, что я не один такой. И от этого же становилось еще мерзостней на душе, нашел чему радоваться!

От Мордреда тоже все отказывались, но потому, что он слишком несдержан и груб. Избалованный юнец, который ловко оправдывает свой отвратительный характер болезнью. Его мать и прочие женщины могут сколько угодно причитать про бедного мальчика и психологическую нестабильность, но я-то прекрасно вижу, что когда Мор хочет – он великолепно умеет держать себя в руках. Но обычно он как раз не хочет. Позволяет себе срываться, а когда эмоции начинают зашкаливать – и вовсе бросает вожжи и идет вразнос, наплевав на сохранность своей ауры, лишь бы истерикой добиться своего. Ему более сотни раз объясняли, почему этого делать нельзя. И что? У него нет желания ничего исправлять, ему и так все приносят на радужном мостике.

И вот с этим… вот с этим вот Оружием я теперь сравниваю себя. И даже радуюсь, что Мастера игнорируют нас обоих. Кажется, я проржавел до самой души, теперь уже окончательно.

Наверное, мало мне было тяжелых мыслей о собственной никчемности. Однозначно мало. Я настолько позволил себе распуститься, что перестал смотреть даже под ноги, что уж говорить о постоянном сканировании окружения. А ведь Мастер Гурам предупреждал нас, что в этих горах надо быть внимательнее. А лучше и вовсе не уходить одному.

Наверное, это впервые в моей сознательной жизни, когда я настолько наплевательски отнесся к словам Мастера. Но в моем нынешнем состоянии оставаться в компании Мордреда было буквально невыносимо.

Да, я помогал ему в «трудотерапии», прописанной главами кланов, хотя мог бы этого не делать. Мне как раз прописали «отдых». Но я и так едва не рехнулся от непривычной праздности: я всю жизнь тренировался сам, тренировал других и всегда был занят. А тут… Покидать навоз из коровника вилами – это еще можно хоть как-то отнести к упражнениям, пусть и не на физическую форму, но на выдержку. А процесс выгуливания местного мелкого рогатого скота при наличии рядом специальных пастушьих животных… Еще немного – и я бы порос мхом на том лугу.