Мариам схватилась за щёку, боль прожгла кожу и следующий удар не заставил долго себя ждать. Мариам присела на землю и сжав крепко зубы терпела. Била с остервенением, безжалостно то по голове, то по спине. Когда Фатима выплеснула свой гнев, громко выдохнула и посмотрев сверху вниз на Мариам направилась к дому, где уже вышел чисто одетый дядя Убар.

Дядя вскользь посмотрел на Мариам и ничего не возразил. Он никогда не был против подобного воспитания Фатимы, считая, что жене виднее как воспитывать племянницу. Женщине лучше знать другую женщину.

Дядя поправляя седой волос, сказал:

– Дай Аллах, приду сегодня с будущими сватами на смотрины.

– Дай Аллах, – взмолилась женщина.

Дядя Убар ушёл и тётя Фатима, крикнула:

– Мариам, берись окна мыть! А я буду готовиться к приходу гостей.

– Не хочу за него замуж, – фыркнула Мариам, взяв тряпку, принявшись мыть окна.

– Замолчи, глупая. Кому ты такая строптивая как необузданная кобыла нужна? Тут сам торговец золотом руки твоей просил и если бы не Висам давно отдали бы тебя ему, – скрылась под крышей хижины и вышла уже с корзиной овощей. – Если выкинешь глупость, костей не соберёшь. Поняла?

– Поняла, – буркнула Мариам, прекрасно понимая, что тётя вовсе не шутит.

– Выдадим тебя замуж, пусть муж отвечает за твои глупые поступки. Навела смуту средь простого, рабочего народа. Молись, чтобы сейчас всё вышло как надо, потому что к нам в любой момент могут заявиться люди господина Имрана, либо Хамад бея и без разговора перережут нам глотки, – причитала, нарезая овощи.

– А если бы я солгала и господин Имран узнал о моей наглой лжи, разве так я бы не создала проблем? – вполне резонный вопрос задала Мариам.

Тётя Фатима рассмеялась в голос.

– Твоя наивность не знает границ! Его отец Ибн Кадир правил всю свою жизнь, и ты полагаешь ему не было известно о рабочем беспределе в полях?

Мариам насупилась, ей не понравилась насмешка тёти.

– Я готова сама отвечать за себя, муж мне не нужен.

Женщина стала громко бить ножом по разделочной доске.

– Убар принял решение, поэтому ещё слово и я снова отхожу тебя грязной тряпкой.

Мариам закусила губу от обиды и жалкого чувства внутри. Она никогда не понимала законов, когда женщина должна молчать, а мужчина решать за неё будь то отец, брат, муж или дядя, будто она какая-то несмышленая лань. Женщина рождена с таким же мозгом, с такими же разумом, что и мужчина. Разница лишь в силе. Мужчина по природе своей сильнее женщины, но это никак не определяет их ум и не даёт им право господствовать и властвовать над женщиной. И Мариам намерена стоять на своём до конца, но не выйти замуж за мужчину, который ей не любим.

Конец страницы

Дядя Убар сходил к Раджи бею и вечером, как планировал, пришёл не один.

– Мариам, быстро готовь кофе гостям, – толкает Фатима племянницу, которая также увидела в узенькое окно кухни гостей.

Мариам насупилась, а в голове крутилось колесо из сценариев назревающей проблемы. Сбежать ей не к кому, как и попросить помощи, потому что она ни с кем не общается, даже с ровесниками. Работа забирает всё свободное время, лишнего часа даже на учёбу нет. Забыла, когда в последний раз гуляла без дела. Читать, писать, считать научила мама, а ей хотелось бы и дальше учиться, как делают другие девочки с их деревни. Мариам ни раз с завистью наблюдала за ними в саду, как задорно они вместе читают книги, резвятся и общаются между собой. Вместо этого ей выпала доля надзирательства и жёсткого контроля дяди и тёти. Мариам, не помнит, что значит хорошее отношение, помимо упрёков, тычков и побоев. Но несмотря на подобную тюремную жизнь, сейчас она не готова мириться с выбором дяди Убара и тёти Фатимы.

– Приготовила кофе? Гости ждут, – шёпотом спрашивает тётя, закинув в рот лист салата.

– Да, – подавленно ответила Мариам, ставя на поднос чашки.

Осторожно, стараясь не пролить кофе несёт в комнату, где расположились нежеланные гости. Они вопросительными, косыми взглядами оценивали потенциальную невесту.

– Красивая, – пропела старушка, мать жениха, – даже очень, – добавила она.

– Главное, чтобы по хозяйству не ленилась и делала дела, как полагается, – сказала вторая женщина, похоже на дочь старушки.

– Мы воспитывали Мариам в строгости. Нет сомнений, она умеет всё, любая работа ей по плечу. Вышивать, стирать, готовить – нет ничего, чтобы она не умела.

Так называемый жених, не отводил взгляда, смотря из-под своих косматых бровей на Мариам, как и прежде нервно облизывая губы. От этой картины к горлу Мариам подкатила тошнота.

Она поднесла поднос к старушке, затем к её дочери, следующие взяли кофе дядя Убор и тётя Фатима. Затем пришла очередь самого жениха. Мариам злобно посмотрела в глаза мужчине и намерено пролила горячий кофе ему на ноги.

– Горячо! – завизжал он, точно свинья.

– Сынок, сынок, дай посмотрю. О, Аллах, как так можно?

Торгаш золотом стал сам не своим.

Тётя Фатима схватила племянницу и потащила на кухню.

– Ты что вытворяешь, несносная девчонка?

– Я случайно, тётя.

Она схватила за волос девушку и пригнув к себе, прошипела:

– Не старайся врать зря, вижу тебя насквозь. Если Раджи бей от тебя откажется, изуродую. Подстригу твои волосы и повешу на входе, как напоминание о твоих глупостях. Такую уродину больше точно никто не захочет к себе в жёны.