Беата испытала прилив отвращения.

— Я понимаю за что ты ненавидишь Мавис, но Кхира — твоя давняя знакомая и член вашего ковена, а ты вновь предлагаешь ее убить. У тебя хоть капля совести есть?

— Была, когда Кловерфилд был еще маленькой деревушкой, а я — ученицей Мавис. Одной из семи. Тогда у меня даже подруги были. И две младших сестры, которых я привела учиться колдовству у великой ведьмы, обещавшей нам жизнь, в которой мы всегда будем есть досыта, — глаза Лавены стали пустыми. — Всех их использовали и высосали досуха, отобрав жизнь и колдовской дар. Мы с Кхирой выжили, потому что Мавис посчитала наши таланты наиболее полезными. С тех пор я больше ни к кому не привязываюсь, чтобы не грустить, когда паучиха их сожрет.

Беата помолчала.

— Мне жаль, но ты так и не ответила на мой вопрос. Кхира в том же положении, что и ты. Тебе могло быть на нее плевать, но ты желаешь ей смерти. Почему?

— А как ты думаешь, кто перерезал горло моим сестрам, истерзав их, словно стая гиен? Они явно умерли не сразу, кто-то наслаждался их муками и мольбами о пощаде, — голос Лавены ожесточился. — Кхира убивает по приказу Мавис. Это могла быть только она. Я не посмею напасть на нее сама, но плюну на ее труп, если ты ее убьешь! В ней давно не осталось ничего человеческого.

Гиль притих. А потом внезапно обернулся человеком.

— Госпожа, позволь мне убить ту тварь во внутреннем дворе. Ненавижу таких, как она. Те, кто получают удовольствие от пыток и издевательств над слабыми, должны умереть. Раз десять, раз уж мы все здесь уже мертвы. Я разорву ее на части и отомщу за всех замученных ею.

— Спасибо, — тихо сказала Лавена.

Эйне неодобрительно заклекотал и помотал птичьей головой.

Беата нахмурилась.

— Не спеши. Мы не знаем, действительно ли Кхира это сделала. Кроме того, нам нужно сохранить силы для битвы с Мавис.

— А ведь Мавис не похищала тех девчонок сама, — сказала Лавена как бы между прочим, — она давно перекладывает грязную работу на других. Это наверняка сделала Кхира. И убила их тоже она.

— Ошибаешься. У Мавис был кулон с четырехлистным клевером и посмертной росой. Им она похищала души девушек и уничтожала их тела.

— Мавис не стала бы шататься по городу, отлавливая добычу для ритуалов и зелий, — упрямо возразила Лавена, — она действует по-другому. Люди сами приходят к ней и гибнут. Либо прислуживают и делают все за нее, оставаясь в итоге ни с чем. Паучиха сидит в паутине и высасывает дураков, попавших в ее сети.

Беата вздрогнула.

Что-то похожее ей говорила Калунна. И если подумать, то поведение Мавис соответствовало словам Лавены: при проникновении Беаты в ковен Тринадцати она пыталась натравить на нее других ведьм, а не схватить и оглушить сама, хотя могла бы. Не отправилась карать Лавену, грозя послать за ней Кхиру. Не собиралась спасать саму Кхиру и сражалась, только будучи загнанной в угол. Но даже тогда призвала души мертвых ведьм, чтобы они делали это за нее. После смерти она тут же вернула служанок, к которым привыкла. Будь Беата на ее месте, она постаралась бы творить темную магию сама, чтобы об этом никто не узнал. Но Мавис была иной. Ей должны были прислуживать. Зачем ей марать руки, если был человек, с охотой делающий это за нее?

Кейт Каннингем утверждала, что похититель счел ее недостаточно привлекательной и потому отдал Мавис. Какой смысл самой Мавис говорить подобное, если она отправила Кейт в темницу, из которой та никогда не должна была выйти?

Возможно, Лавена была права. Девушек похитила и убила Кхира. Но в этом нужно было убедиться, прежде чем спускать на нее Гиля. Ведь Кхира, судя по всему, была такой же жертвой Мавис, что и Лавена. И могла убивать, чтобы не быть убитой.

— Так, пока что мы убивать Кхиру не будем, — решила она. — Лавена, ты полетишь вперед и отвлечешь ее, чтобы мы могли незаметно проникнуть во внутренний двор. Я сниму с тебя кандалы и расколдую после победы над Мавис. Ты получишь эту крепость в полное владение и сможешь иметь спокойное и безопасное посмертие.

— Не пойдет. Ты уже обманывала меня, — возразила Лавена, — мне нужны гарантии твоих слов. Хотя бы сними с меня кандалы, чтобы я смогла улететь, если все пройдет совсем плохо. И обещай, что если Кхира убила девчонок, ты спустишь на нее своего слугу. В Кловерфилде за такое количество убийств ее бы казнили. А она убивала почти две сотни лет. Это справедливое наказание для преступницы.

— Согласен. Госпожа, позволь мне убить эту тварь, — горячо поддержал ее Гиль, — таких, как она, не стоит жалеть.

Беата сжала зубы.

Если Кхира останется верна Мавис, им все равно придется сражаться.

— Хорошо. Но вначале поговорим с ней. А кандалы я сниму сейчас.

Беата применила несколько известных ей заклинаний, но черные кандалы на ногах Лавены никуда не делись. Эйне, наблюдавший за этим, обернулся человеком и сказал:

— Госпожа, ты можешь попробовать воспользоваться ветвью вереска, но для этого ее придется расплести из твоих волос. Это ослабит твою защиту. Оно точно стоит того?