Несколько минут они стояли молча. Наконец, мужчина пробормотал ошеломлённо:

— Учитель Мудрости…

— Понял, почему я выбрала её, а не тебя? Я с самого начала знала, что так будет, просто надеялась на чудо. Но чудес не бывает, мир логичен и полон смысла. Я слишком молода, я ни разу не делила свою силу. Старейшины послали меня на эту планету убивать и воровать знания, — воровать знания, убивая. Только такие глупые существа, как люди, могли поверить, что я — Учитель Мудрости!

— Но… — мужчина был вконец ошарашен.

— Продолжить род надлежало другим, более опытным и достойным. Теперь они мертвы, машины людей убили их всех. Мне удалось сохранить Корень-Предок, но что делать дальше, я не знаю. Значит, он никогда не прорастёт сквозь пустоту, не соединится с сородичами, не передаст мне силу. А я не смогу разделить её с тобой.

— Но… — мужчина облизнул пересохшие губы. Выпалил решительно: — Для меня ты всё равно Учитель Мудрости! Ты доказывала это много раз! Хотя бы тем, что смогла выжить в бойне, которую устроил… Ты найдёшь решение, обязательно! Если я как-то могу помочь… утешить…

Он протянул руку, но предводительница остановила его взглядом.

— Уходи. Я буду думать одна. Вернёшься, когда светило опустится за горизонт и снова поднимется над этим местом.

— Завтра?

— Завтра. — Вспомнив, она мотнула головой в сторону неподвижного тела. — Избавься от этого. Негоже осквернять Обитель Предка падалью.

Мужчина кивнул. Подошёл к недавней спутнице, наклонился, намотал «конский хвост» на кулак, поволок. Тут же опомнился: негоже выказывать запоздалую ревность перед Учителем Мудрости, выставлять себя на посмешище. Он взвалил тело на плечо. Русоволосая была девушкой крупной, широкой в кости, но сил, чтобы нести её, у мужчины хватало.

Вскоре серебристо-белый «Стерх» взмыл над Медовой балкой, полетел над заповедными лесами Большого Инзера, стараясь держаться подальше от егерских пунктов и прочих обжитых людьми мест. Учитель Мудрости потребовала избавиться от тела, и понимать её слова следовало буквально. Сбросить труп в реку или зарыть — не вариант, пропитанный соком Корня-Предка биоматериал должен исчезнуть бесповоротно. То есть, его нужно сжечь либо растворить в кислоте. Либо съесть. Последний способ явно отпадал — возможности своего пищеварения мужчина оценивал адекватно. Не получится и найти достаточное количество концентрированной кислоты, не вызвав подозрения. Сжечь, не оставив следов пепла на девственно-чистом снегу, — задача тоже нетривиальная.

Внезапно пилот увидел группу жёлто-чёрные пятен: прайд оголодавших собарсов вышел на охоту. Удача, лучше не придумаешь! Он развернул автограв, начал осторожно, чтобы не спугнуть раньше времени хищников, снижаться.

Лежавшая на полу кабины девушка вдруг застонала, шевельнулась. Мужчина удивлённо приподнял бровь. Процедил:

— Однако ты живучая! Что, очнуться вздумала? Это ты зря. — Приоткрыл дверь кабины и мощным ударом ноги вышиб тело за борт.

Прежде, чем улететь, пилот сделал круг над стаей. Отпрянувшие было от свалившегося с небес подарка собарсы обступили его, осторожно приближались, втягивая носами запах.

— Еда, еда, не сомневайтесь! — подбодрил их мужчина, словно звери и впрямь могли его услышать. — Добыча! Хорошая охота, пёсики! Или котики, кто вы там?

Валерий Лордкипанидзе засмеялся, заложил крутой вираж и повёл «Стерха» прямиком на запад, вслед за опускающимся солнцем.

Алая Ночь сидела под недвижными отростками Корня-Предка, остановив дыхание и сердцебиение, закрыв глаза, отключив прочие органы чувств, которыми пользовались люди. С превеликим удовольствием она бы избавилась от человеческой формы, расплылась по камням каплей первородной субстанции, удерживаемой исключительно поверхностным натяжением. Увы, подобное она не может себе позволить. Не может снова стать частью всепланетного мыслящего существа — не важно, как его называют иные: Племя или Рой. Ей надлежит думать самой, используя человеческий мозг, такой маленький и примитивный.

Первая Старейшина племени Земли, известная людям под именем Марина Валевская, поступила мудро, спрятав Корень-Предок не в Стойбище на Столовой Горе, а здесь. Но она умерла слишком рано, как и все прочие. Корень должен прорасти сквозь время и пространство, найти себе подобных, стать частью великого и непостижимого, того, что и есть Вселенная на самом деле. Либо Корни, проросшие в других мирах, должны найти его. Увы, ни первое, ни второе никогда не случится. О том, что на планете Земля уцелел крошечный очаг Аборигенов Галактики, не знает никто из сородичей. Для них все, прибывшие сюда, мертвы. Значит, самым правильным будет действительно убить и себя, и Корень, пока эти неожиданно изворотливые и хитрые существа не добрались до него.

Много часов Алая Ночь анализировала предстоящий поступок, старалась довести его до прозрачности кристалла. Пока не убедилась — всё не так! Решение было бы верным, будь на её месте любая другая особь Племени. Но она знала о человечестве больше, чем всё Племя целиком! На много порядков больше! Подобное казалось невозможным, но это так. Она не успела передать украденные знания, а потом передавать их стало некому, и теперь они все хранятся в её человеческом мозге. Алая Ночь знает о людях больше, чем любой из людей. Во всяком случае, из ныне живущих.