В конце концов, она протиснулась в большой центральный зал, заполненный, казалось, половиной города. Ханранов было легко заметить — они стояли группами, имели при себе соответствующее оружие, глаза всегда искали, готовые к неприятностям.

Она увидела двух мужчин, которые обычно стояли на страже у дома на Комптон-стрит. Нож снова вернулся в подкладку ее пальто, когда она приблизилась к ним:

— Привет, помните меня? Кастер приводил меня к вам на днях, чтобы познакомить с Хасаном и Джаксом.

Тот, что слева, кивнул:

— Да, ты Яс. Рад видеть тебя живой.

— Это просто удача, — ответила она. — Босс здесь? У меня для него новости.

— Да. Я отведу тебя к нему.

Она сделала шаг вперед, но другой ханран протянул руку, чтобы ее остановить:

— Подожди минутку. Расстегни пальто.

— Она хорошая, — сказал его друг. — Она одна из нас.

— Я все еще хочу заглянуть под ее пальто, — ответил ханран, не сводя с нее глаз.

Движение позади двух мужчин. Яс улыбнулась и указала через плечо мужчины:

— Почему бы тебе сначала не спросить своего босса?

— Яс! Это ты? — Прогремел голос Хасана, заставив обоих мужчин отойти в сторону. Он подошел прямо к Яс и обнял ее. — Милостивые Боги, девочка, я рад, что ты все еще с нами.

— И ты, — сказала Яс.

— Где твой мальчик? — Хасан отступил назад и обеспокоенно огляделся.

— Он в безопасности.

— Поблагодарим за это Ало, а? — Облегчение мужчины было неподдельным. Он действительно заботился обо всех. — Сегодня вечером мы выводим людей из города. Я могу поставить тебя и твою семью в первый рейс. Было бы здорово, если бы ты все организовала в горах.

— Это любезно с твоей стороны, — ответила Яс, — но сначала мне нужно кое-что сделать.

— Я могу чем-нибудь помочь?

— Не могли бы мы поговорить наедине?

Хасан оглядел переполненную канализацию:

— Здесь, внизу, не так уж много уединения, но сзади есть тихое местечко.

Она последовала за ним в темноту, сжимая в руке нож, спрятанный в пальто.

Когда Хасан остановился, на добрых десять ярдов вокруг них никого не было:

— Итак, в чем дело?

Яс вытащила нож:

— Прости. Плачущие Люди схватили моего мальчика.

65

Зорика

Айсаир

— О, Векс. — Зорика держала его за руки, за его сильные, красивые руки, и старалась не заплакать. Она должна быть счастлива, она знала это, но она чувствовала только одно — как разбивается ее сердце. Слезы текли по ее лицу, пока она думала о том, что ей следует сказать.

— Ты сделаешь это? — спросил он, его голос был таким тихим и хрупким, когда надежда боролась с сомнением. — Ты выйдешь за меня замуж?

Зорика подняла глаза и покачала головой.

— Почему?

— Я не могу.

— Можешь. Я знаю, что ты любишь меня, даже если ты этого не говоришь, и я тебя люблю.

— Это не так просто.

— Просто.

Она отпустила его руки:

— Нет.

— Почему?

Она повернулась и уставилась в ручей. Мимо пронеслась веточка, несомая течением, покачиваясь между камнями, неизвестно куда. О, как бы ей хотелось быть такой же. Свободной. Может быть, тогда на вопрос Векса не было бы так невозможно ответить.

— Зорика? Скажи мне.

Она оглянулась через плечо. Для того, кто был таким большим, Векс сейчас выглядел усохшим, стоя там, на берегу реки. Ее отказ высосал из него всю надежду и уверенность.

— Это сложно, — сказала она. — Я не та, за кого ты меня принимаешь.

— Конечно, та. Я знаю тебя всю свою жизнь.

— Не всю. Ты родился здесь. Моя... семья переехала сюда, когда мне было четыре.

— И?

Она уже чувствовала, как между ними растет дистанция, и правда этого не исправит:

— Мы приехали сюда из другой страны, спасаясь от войны.

— Войны?

Зорика кивнула:

— Мои родители — мои настоящие родители — были убиты, когда мы пытались сбежать. Тиннстра, Анама и Майза — мои опекуны и стражи. Даже сейчас есть люди, которые хотят моей смерти.

Векс сделал шаг назад:

— Но почему? Ты убежала от войны. Это я понимаю. Но почему кто-то все еще хочет убить тебя? Здесь нет войны. Никакой опасности.

— Потому что мои родители были королем и королевой моей страны.