Бойцам пришлось задержаться для потрошения споровых мешков. В связи с большим количеством людей, командир распорядился выделить по одному на тварь. Голову вожака отпилили и поместили в прицеп одного из «Уралов». Далее колонна тронулась в ускоренном темпе.

Вскоре впереди показался кластер с куском когда-то небольшого города. Словно предлагая проехать по нему, от границы шёл широкий проспект, по обеим сторонам которого стояли безжизненные, местами повреждённые панельные пятиэтажки. В остальном, район не отличался от остальных подобных мест в Улье; искуроченные ржавые автомобили, кости и мусор.

За километр до кластера, командир распорядился остановиться на приём пищи. Пока основная часть бойцов перекусывала, за городом в оптику наблюдали разведчики, над домами кружили дроны с Т-импульсаторами.

Затаившуюся группу из семи человек, обнаружили на крыше одной пятиэтажки. Прячась среди разного хлама, они также наблюдали за рейдерами Солнечного. Незнакомцы заметались, когда перед ними завис дрон-«переговорщик». Из его динамиков послышался голос Магистра:

— Вы кто такие?

Из под поваленного короба вытяжной системы, с АКМ в руках выбрался рыжебородый мужчина лет сорока, с буквально квадратным лицом и густой русой шевелюрой. Забросив автомат за спину, пристально посмотрел в камеру летательного аппарата и спросил:

— А кого бы ты хотел встретить?

— Паря, мне без разницы, — ответил крёстный Сварного. — Но если вы муры, или ещё какие-нибудь отморозки, то грохнем без раздумья.

— Мы — трейсеры из стаба Капитальный. Меня зовут — Бетховен. Я — командир группы.

— Это в честь композитора, что ли назвали?

— Нет, собаки.

— Какой-такой собаки?

— Сенбернара.

— Ничего не понял… Ладно, товарищ трейсер, дуй быстро к нам на собеседование. И один! Кстати, мы рейдеры из стаба Солнечный.

— Ясно.

Бетховен оказался Попрыгунчиком. С крыши сиганул на балкон третьего этажа дома наискосок, затем на крыльцо магазинчика с вывеской «Оптика». Вскоре на горном велосипеде, он ехал по проспекту.

Добравшись до лагеря рейдеров, сложил оружие на траву. Сварной взялся за рацию:

— Всем внимание! «Вихрь!»

Затем он, Магистр и Юлианна подошли к прибывшему трейсеру. Глава Солнечного представился, а Бетховен сразу заулыбался:

— А я тебя помню! Я тоже тогда на стене стоял, когда орда шла.

— Как звали в твоём стабе мелкого сутенёра? В такой огромной шляпе?

— Вандерлей! От него потом ещё только верхнюю половину тела нашли.

— Как зовут вашего рейдера, который раньше был стронгом?

— Вольфрам!

— Ты не мур?

— Нет!

— Какая основная работа у Калгана?

— Дежурный ментат.

— С какой целью засели в кластере?

— Планировали поохотиться на одну стаю, да уже в бинокль срисовал, что башка вожака у вас в прицепе лежит.

— Городок — пустой?

— Кроме моей группы — ни души.

Сварной повернулся к Магистру и Марианне. Те одновременно кивнули.

— «Море!» — сказал в рацию командир и вновь обратился к трейсеру: — Теперь у тебя какие планы?

— Возвращаться в Капитальный, — хмыкнул тот. — Если уж здесь ловить нечего. Только, у меня есть одна просьба.

— Какая?

— Не поможете со спиртным? Споранов хватает, а вот живчик скоро кончится. Кучу квартир здесь перерыли, нашли только стограммовую бутылочку коньяка!

— Конечно, поможем!

Вскоре колонна мчалась по пустынному проспекту. Возле дома с трейсерами, остановился «Урал» с бронекапсулой из группы Магистра. Бойцы передали Бетховену упаковку с двенадцатью бутылками водки и ящик тушёнки. И хотя Магистр не собирался брать за это плату, трейсер всё-таки отдал одну горошину, при этом сказав, что с трофеями у него проблем нет.

— Хорошо, что ребята домой собрались, — сказал Отшельник, когда колонна въехала в следующий кластер-поле. — Лишние глаза, нам не нужны.

Наблюдение с дронов-разведчиков подтвердило: трейсеры с Капитального действительно отправились на велосипедах в сторону своего стаба. Колонна же ускоренно двинулась дальше. Миновав два безжизненных кластера, рейдеры достигли цели.

Небольшой и вытянутый, кластер-«клин» представлял из себя часть железнодорожной станции с примыкающими к ней каким-то строениям-цехам из красного кирпича. Из такого также были сложены жилые трёхэтажные дома, что тянулись за железнодорожными путями.