Фу не видел, что его соперник рухнул на остатки своего копья. Он даже не удостоил того взглядом. Тяжело дыша, разгоряченный схваткой, военачальник осматривал поле боя. Вот теперь все было кончено. Воинство противника, точнее то, что от него осталось, обратилось в беспорядочное бегство. А бойцы Лаоху, окрыленные успехом, уже неслись его преследовать.

«Нет, нельзя».

— Стой! — попытался крикнуть Фу, но с уст сорвался только жалкий хрип.

Ноги налились свинцом. Сердце отчаянно колотилось. Да, он уже был не молод. Но ни в коем случае не должен показывать свою слабость.

Фу шумно втянул воздух ртом. Облизал пересохшие губы. На языке ощущался металлический привкус. На этот раз голос прозвучал громко и уверенно.

— Стой!

Многие тут же прекратили преследовать врага, удивленно уставившись на командира. Бойцы переводили недоуменные взгляды с лика военачальника на спины неприятеля и обратно.

— Почему, почтенный? — спросил один из них, с лицом, измазанным кровью. И не понять было сразу чья она — Шэ или его собственная. — Мы обратили их в бегство!

— Туман, — коротко бросил Фу и указал мечом в багряных пятнах на холмы.

Воин проследил за жестом военачальника. Остатки противника скрывались в молочной пелене, которая все больше окутывала низину. Теперь уже с трудом можно было различить верхушки возвышенностей, окружавшие ее. Пар, валивший изо рта, стал сильнее. Фу даже слегка удивился, что чувствует холод. Вроде должен быть разгорячен битвой. Он невольно осмотрел себя на наличие ран. Вдруг тот копейщик задел-таки его, и теперь ему холодно от потери крови? Но нет. Если не считать глубокой царапины, доспех остался цел. Фу шмыгнул носом.

Звуки битвы полностью стихли. Лишь топот десятков ног удирающего врага да редкие радостные крики вперемешку со стонами раненых нарушали тишину. И наступившее безмолвие неприятно контрастировало с тем, что приходилось слышать совсем недавно. Било по ушам сильнее громкого набата. Фу скривился и поежился.

— Туман? — тихо переспросил воин с испачканным лицом.

— Да, — кивнул военачальник и убрал меч за пояс, — преследовать врага среди холмов в туман опасно.

— Почему, почтенный? Ведь можно окончательно добить змеенышей!

Фу смерил бойца холодным взглядом, заставив того потупить взор.

— Плохая видимость. Можно угодить в засаду или потеряться. А Шэ... — он выждал паузу, а затем чуть громче добавил, — уже повержены!

— Слава почтенному Фу! — воздел боец меч над головой. — Слава светлейшему Лаоху! И хранит нас Шанди!

Его крик поддержали остальные. Однако военачальник не обратил на них внимания. Это далеко не первая победа, что он одержал во славу господина и предков. И привык к подобным почестям. Его привлек предмет, лежавший на земле недалеко от того места, где упал убиенный копейщик. Продолжая выпускать клубы пара изо рта и ежиться как от мороза, Фу подошел ближе. Это было знамя. На длинном древке и с серым узким полотном. Во всю ткань красовался рисунок молочной змеи, из пасти которой виднелся раздвоенный язык. Знамя упало, опершись одним концом на своего хозяина. Поверженный враг лежал лицом вниз с дырой от меча меж лопаток. Фу окинул символ холодным и презрительным взглядом победителя. Затем с силой наступил на древко и сломал пополам. Раздался треск.

«Как змею... Шэ».

Пар изо рта повалил сильнее. Тело пробила дрожь, словно в лихорадке.

— Да в чем дело? — недовольно прошептал он и осмотрелся.

Остатки неприятеля полностью скрылись в тумане. Стихли их шаги. Войско продолжало воспевать величие Фу, Лаоху и благодарить духов за то, что те даровали им победу и сохранили жизнь. У многих также изо рта шел пар, но, бойцы этого даже не замечали. Боевой угар захватил их разум.

Продолжая дрожать, военачальник окинул низину подозрительным взглядом.

Туман будто стал плотнее. Непроницаемей. И Фу ощутил неприятное чувство. Ему вдруг показалось — за этой пеленой что-то есть. Что кто-то наблюдает за ними, при этом оставаясь незримым. Военачальник сощурился, вглядываясь в завесу. Вдали словно промелькнула чья-то тень. Раздался отдаленный гул осыпающихся камней. Едва уловимый свист... Затем все стихло.

Неприятное чувство резко ослабло. Дрожь ушла, а вместе с ней и пар, валивший изо рта. Фу удивленно тряхнул головой.

«Наверное... просто усталость с битвы».

Он развернулся к своим:

— Уходим! Пора возвращаться в Хучен!

[1] Шэ — змея.

[2] Гэ — один из видов колюще-рубящего древкового оружия, которое использовалось в Китае с эпохи династии Шан (1600 — 1046 гг. до н.э.) и по крайней мере до династии Хань (206 г. до н.э. — 220 г. н.э.). Гэ состоит из кинжалообразного лезвия из нефрита (культовый), бронзы а позднее из железа, прикрепленного под углом в 100 градусов к деревянной рукоятке. Такой способ крепления делает это оружие похожим на косу или ледоруб.